Серый кардинал

«Барак Обама был ужасным президентом, крайним радикалом и без преувеличения лучшим лжецом в современной американской истории. Он продвигал наиболее радикальные политики: расовую поляризацию, социализацию системы здравоохранения, уступки за рубежом, аборты и трансрадикализм внутри страны. Затем он был побеждён Дональдом Трампом. Не было бы Дональда Трампа как президента без безумия ультралевых времён Обамы.

Мы склонны считать Трампа поражением Барака Обамы.

Но что, если эпоха Обамы только начинается снова? Что, если победа Трампа над обамизмом была не «возвращением джедая», а «новой надеждой»? Да, президент Трамп уничтожил «Звезду Смерти» Обамы в 2016 году. Но что, если Барак Обама вернулся и строит новую, более крупную и мощную «Звезду Смерти»? Что, если дальше по сюжету — ответный удар империи Обамы?

Барак Обама и его команда захватывают Демократическую партию. Они радикальны. Они жестоки. Они невероятно талантливы. И да, они могут победить. Именно это и произойдёт дальше, если мы этого не остановим.

В последнее время Обама снова часто появляется в заголовках. Вы, вероятно, помните, как он читал книги детям вместе с мэром Нью-Йорка Зохраном Мамдани. А затем он беседовал со Стивеном Колбертом в шоу The Late Show на CBS.

Обама чрезвычайно талантлив — настолько, что каждый демократический политик после его эпохи жил в его тени. Он обаятелен и добродушен в манере общения.

Даже я, считающий, что Обама стал концом современной американской политики, признаю его талант.

Люди воспринимают Барака Обаму как умеренного, потому что он обаятелен и не выглядит угрожающим. Но Барак Обама был, есть и остаётся левым радикалом. Он заявил, что Мамдани — обычный политик, который хочет бороться за доступное жильё. Это неправда. Зохран Мамдани — открытый социалист, симпатизирующий террористическим группам.

И Барак Обама обнимает его и говорит, что он просто обычный демократ, потому что Мамдани и он одного поля ягоды. Просто Обама гораздо талантливее в сокрытии того, кто он есть и кем был.

Обама воспринимал себя одновременно как часть Америки и как стоящего вне её. Если прочитать его мемуары «Мечты моего отца», он говорит о конфликте идентичности: между американским детством на Гавайях и кенийским прошлым его отца, между идентичностью чёрного человека и воспитанием белыми бабушкой и дедушкой. В итоге это выливается в философию третьего мира. Он лучше всего формулирует это в «Мечтах моего отца», где в одном из самых откровенных абзацев пишет: «Я знаю, что видел отчаяние и хаос бессильных, как это искривляет жизни детей на улицах Джакарты или Найроби так же, как и детей на юге Чикаго; как узок для них путь между унижением и неконтролируемой яростью; как легко они скатываются в насилие и отчаяние. Я знаю, что реакция сильных на этот беспорядок — колеблющаяся между тупым самодовольством и, когда беспорядок выходит за рамки, бездумным применением силы, более долгими тюремными сроками и более совершенным военным оборудованием — неадекватна задаче».

Тем самым он утверждает, что положение всех бедных людей на Земле — как в Америке, так и за её пределами — является следствием американского капитализма и империализма и что отчаяние и хаос бессильных должны быть возложены на сильных.

Это и есть руководящая философия Барака Обамы на протяжении всей его карьеры: каким-то образом Америка виновна во всём этом. Обама всегда был радикалом.

Я говорю об этом, потому что он вновь возвращает себе лидерство в Демократической партии. Он — клей, который удерживает эту партию вместе. Он пытается восстановить свою коалицию. Он смотрит на период после своего президентства и видит Хиллари Клинтон, которая не смогла удержать эту коалицию, Джо Байдена, которому просто повезло стать президентом, и Камалу Харрис, которую он считает крайне неодарённой, и говорит: «Я могу сделать это сам. Я всё соберу заново — но на этот раз ещё радикальнее».

Потому что Демократическая партия движется в том направлении, которое задал Обама.

В 2008 году он утверждал, что его оппоненты противятся его радикализму, потому что «озлобленно цепляются за Бога и оружие», но при этом Обаму каким-то образом задним числом превратили в умеренного.

В 2008 году он шёл как псевдоцентрист и объединитель рас, но к 2012 году он стал поляризующим кандидатом, сосредоточенным на расовой повестке, левым тараном. Он судился с монахинями из-за абортов. Он заставлял государственные школы разрешать мальчикам пользоваться женскими туалетами. Его налоговая служба преследовала политических оппонентов. Он солгал о своей позиции по однополым бракам в 2008 году, а затем подсветил Белый дом радужными цветами. Он распространял расово поляризующие утверждения, внедряя DEI во все сферы жизни. Он поддержал иранский режим миллиардами долларов. Он позволил России и Китаю усилиться. Он «руководил из-за спины».

И всё это было забыто благодаря влиянию основных СМИ, которые решили, что Обама — мессианская фигура и не подлежит критике.

Сейчас вы, вероятно, воспринимаете Обаму как не такого уж плохого по сравнению с Мамдани, Ильхан Омар или AOC. СМИ до сих пор делают вид, что его администрация была без скандалов. Они прикрывают его провалы, объясняют его ложь, изображают его философом-царём, а не архитектором радикальных левых. Обама собирается омамданить всю Демократическую партию сверху вниз. Он уже контролировал её с 2008-го по 2016 год и теперь возвращается.

Может казаться, что демократы сейчас в беспорядке и без лидера. Это не так. Обама был и остаётся главным радикальным двигателем внутри своей партии. Он никуда не уходил. Он не Джордж Буш, который после президентства исчез. Обама был активен и станет ещё активнее. Он мастер незаметного сдвига идеологических рамок, маскируя радикализм под умеренность. Он опасен, потому что, во-первых, отличный организатор, а во-вторых, один из самых изобретательных и убедительных лжецов в современной истории.

Он сказал Колберту: «Меня беспокоит Республиканская партия, а не только Демократическая. Когда я был президентом, меня спрашивали, какие изменения я хотел бы видеть в Вашингтоне. Я отвечал: я хотел бы видеть лояльную оппозицию — республиканцев, которые в чём-то консервативны, не согласны со мной во многом, но верят в верховенство закона, независимость судов, эмпирические данные и науку и не играют на худших человеческих импульсах. Такая партия была раньше, и я хотел бы, чтобы она вернулась, потому что нужны две здоровые партии».

Это ложь.

Он разрушил эту Республиканскую партию. Ту «мягкую» партию, которая выдвигала Митта Ромни в 2012 году — самого «чистого» кандидата в истории американской политики. Союзники Обамы тогда даже выпустили рекламу, утверждая, что Ромни уволил человека, из-за чего его жена умерла от рака.

Обама притворяется умеренным — в этом вся игра. Но он будет настолько радикален, насколько это возможно. Он выстраивает систему. Барак Обама способен представить эпоху Трампа как короткий перерыв в американской истории — небольшое отклонение на пути к левому доминированию.

Правые склонны думать, что эта история закончится победой Трампа над всеми врагами. Но что, если Демократическая партия готовится вернуться к власти, взять её снова и реализовать самые радикальные идеи — под руководством Обамы, который всегда был радикалом, но умел это скрывать? Как радикалы могут победить? Если получат небольшую помощь от «новых левых», о которых я говорил в среду. Этого достаточно. Формирующаяся коалиция — это коалиция Барака Обамы. И она должна нас пугать.

Бен Шапиро

Daily Wire