Нам рассказывают, что мы должны чувствовать
Я иногда пытаюсь понять, почему «Нью-Йорк таймс» перестала публиковать новости без непременных спинов, прокруток и манипуляций. Одно объяснение — деградация молодых журналистов и особенно их необычный вес в политике издания, вес, добытый путем угроз испортить личную репутацию старой гвардии потоками дерьма в соцсетях. Об этом канале реформ писали Берри Вайс (в прошлом из НЙТ) и Ури Берлинер (в прошлом из NPR).
Второе объяснение — сегментация читателей: из-за обилия интернетной конкуренции вменяемые читатели покинули НЙТ, а те, что остались, требуют не новостей, а пятиминуток ненависти. Поскольку новостей мало кто хочет, их не публикуют, из-за чего остатки вменяемых читателей уходят, а оставшаяся база скатывается дальше в требования неновостного контента.
Вот сегодняшний пример работы второго механизма.
Моя коллега, американский профессор юрфака, человек сравнительно здравомыслящий, пишет в соцсетях возмущенный пост, мол, как опустилась НЙТ! В шапке к новостной статье они, как обычно, поставили кусочек новости (администрация Трампа сделала то-то) и тут же написали, что это решение администрации «необычно» (с толстым намеком на коррупцию).
В цивилизованном мире новостная статья просто давала бы инфу: администрация сделала вот это. А потом газета бы опубликовала отдельную аналитическую статью о том, насколько это «обычно», и объяснила бы, «обычно» по сравнению с каким классом событий и как определяется размер разницы.
Этот спин был назойливым, но стандартным, и я удивилась реакции коллеги, ибо она левая, а левые поддерживают избирательное редактирование.
Но оказалось, она возмущена противоположным. Она считает, что вместо слов «это необычно» нужно было написать «это возмутительно».
В шапке новостной статьи.
Просто добавлять очевидный спин в каждый заголовок или шапку — этого теперь мало.
НЙТ должна теперь сразу рассказывать нам, какие эмоции нам следует испытывать от прочтения новости…
— Мама, я замерз?
— Нет, ты хочешь кушать!
Катя ЛИТВАК
