Мой немец

На фронте она была медсестрой. После войны стала широко известна как фронтовой поэт. Ее пронзительные трагические строки потрясали:

Я только раз видала рукопашный.

Раз наяву и тысячу во сне.

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

Я тогда входил в группу молодых поэтов. На заключительном заседании прочитал два стихотворения: «Икона» и «Каменотес».

КАМЕНОТЕС

Здесь труд и смерть неразделимо слиты.

Здесь злобный ветер от тоски охрип.

Здесь высекали надгробные плиты

Из каменных глыб.

 

Здесь никогда не вытирали слез,

Они текли, текли, не иссякая.

И долго отдыхал каменотес,

Очередную надпись высекая.

 

Лоб у него морщинами изрезанный:

Жизнь ничего отметить не забыла.

А люди думали, что он железный,

Почти такой же, как его рубила.

 

Они не знали никого суровей

Неразговорчивого старика.

Они не знали, что на полуслове

Повиснуть может и его рука.

 

И умер он – ничем не знаменитый.

И похоронен неизвестно где –

Чужого горя исписавший плиты

И радости не ведавший в труде.

 

Московским поэтам, руководителям семинаров (Н. Старшинов, В. Солоухин, Ю. Друнина) очень понравились мои стихи «Икона» и «Каменотес».  В газете «Молодой коммунар» (25 декабря 1957 г.) от их имени сообщалось: «Нам просто повезло, что мы услышали стихи Э. Пашнева».

Юлия Друнина подарила мне свою книгу стихов с автографом. И мы немножко походили по городу, поговорили о Москве, о том, что мне надо поступить в Литературный институт.

Может быть, темы моих стихотворений, мысли об иконах и надгробиях, мысли о Боге настроили ее на разговор о своей судьбе. Она вспомнила один эпизод из фронтовой биографии. Ей нужно было принести раненым воды. Она пошла с двумя флягами к ручью. Но за ручьем, среди деревьев, притаился немецкий снайпер. Он мог ее убить, но решил поиздеваться. Снайпер двумя выстрелами выбил у нее из рук обе фляги. В землянке в вещмешке у Юлии Друниной лежал  сверток – белое платье. Юлия Друнина вернулась в землянку, надела белое платье и пошла к ручью, не таясь, не скрываясь, как невеста под венец. Она набрала воды и вернулась к раненым. Немецкий снайпер не выстрелил в нее. Позднее она записала эту историю и опубликовала в большой книге прозы, где назвала неизвестного снайпера «Мой немец».

Долгое время после 1957 года и позднее, когда прочитал книгу военных мемуаров, я удивлялся: почему она не напишет стихи о том, как во время войны надела белое платье невесты, чтобы принести раненым воду. Это сожаление накапливалось с годами во мне, как   невостребованная  энергия. И когда Юлия Друнина умерла  в 1991 году, я понял: не написала и уже не напишет. И тут же военный эпизод из жизни храброй сестры милосердия стал складываться в строки  песни без музыки.

 

Мой немец

 (Баллада)

Памяти Юлии Друниной

 

Горел и плавился металл,

Устали люди и броня.

А он, проклятый, не устал,

А он все целился в меня –

Мой немец!

Я в белом платье стала в строй,

Невеста, но – ничья.

Была я раненым – сестрой,

Он – снайпер у ручья –

Мой немец!

И я ползла, ложась в следы,

Таясь, как бурундук.

Но обе фляги для воды

Он выбил у меня из рук –

Мой немец!

Землянки скудное жилье:

Достала сверток из тряпья,

И платье белое свое

Надела только для тебя, –

Мой немец!

Не знаю, кто ты: сын, отец?

Ты скрыт, я – на виду.

И в платье, словно под венец,

С ведром к ручью иду,–

Мой немец!

Ты в ослепленности своей

Навел прицела крест.

Жену убей! И мать убей!

Ты, убивающий невест, –

Мой немец!

Склонялась до земли ветла,

Качался лист, звеня.

Я воду раненым несла,

И он не выстрелил в меня –

Мой немец!

С тех пор бывает лишь во сне

Страшней, чем наяву.

С тех пор не враг он больше мне,

С тех пор его я и зову –

Мой немец!

Где он теперь, в каком краю,

Дожил ли до такого дня,

Чтоб песню перенять мою,

И в песне той узнать меня –

Мой немец!

 

Как я сказал, Юлии Друниной понравилось стихотворение «Икона». Даря мне книжку своих стихов, она написала: «Надеюсь, что у Э. Пашнева много будет таких «Икон»».

Много не было. Эта песня – вторая икона, портрет Юлии Друниной. Говорю не о качестве своих стихов, говорю о подвиге медсестры, поэта, святой женщины.

В этом году у песни без музыки появились ноты. Музыку написал композитор Александр Орлов. Песня стала песней. Ее можно не только прочитать, но и услышать.

Эдуард ПАШНЕВ