Как я стал продюсером

Как я стал продюсером

Когда меня в далеких девяностых вызвал к себе генеральный директор фирмы, где я работал и прошел, собственно, свою абсорбцию от сперматозоида (зачеркнуто) свежего олима до человека, умеющего уже говорить на иврите и не просто связать три слова, я пришел к нему, уже ничего не боясь.

Share This Article

Мне было сказано, что мой путь от грузчика на складе (знающего три слова) через погрузчик, грузовик и до менеджера по продажам, отвечающего за центр страны, закончен. Фирма в моих услугах не нуждается, стою я теперь фирме немало, и продвигаться мне больше некуда. Дальше только генералитет компании, и меня там совсем не ждут. Поэтому спасибо, до свидания и удачи.

Мне нравилось там работать. Чистая рубашка, кабинет, личная машина от фирмы, личный телефон от нее же. После пахоты на жаре, непосильного физического труда и статуса «принеси-подай» меня все устраивало. Зарплата, опять же, мне очень нравилась. Набежало за годы.

И вот все. Чеши по ветру и ищи себя на рынке.

Я получил все, что мне положено за эти годы, а это была неслабая сумма на те годы, и сел думать. Ну как сел. Начал нервничать и паниковать. Логично было с таким опытом пойти и найти что-то похожее. Рекомендации у меня были. Уверен, что большинство поступило бы именно так, и это логично.

А потом вспомнил, как армейский психолог, который вставлял мне мозги, сказал:

– Позволь себе. Разреши заниматься тем, что ты любишь. И никогда не делай наоборот. И только так.

– А что я люблю? – спросил я себя.

Хорошие машины. Тогда у меня была «Хонда-Аккорд», почти новая. Вишневого цвета. Мы любили друг друга. Коньяк хороший люблю.

Есть и сколько угодно. Что еще? Девчонки. Это еще больше, чем коньяка я могу выпить.

А еще я понял, что беззаветно и навсегда люблю музыку. То, что сегодня называют old school. Думал я недолго. Деньги были, и я решил стать продюсером, промоутером и импрессарио одновременно.

Это была, конечно, наглость с моей стороны. Ничего не понимая в этом, не имея никаких связей в этом мире, я встал и пошел. Было бы красиво написать, что путь мой был труден, полон всяких приключений – и вот… Нет. Мне чертовски везло, как я сегодня понимаю. Интуиция у меня реально развита на животном уровне. И все, у кого я тогда учился, научили меня одному. Я еще не знал, как надо делать. А вот как не надо, я выучил у них. Не надо бухать с музыкантами, не надо жарить с ними шашлыки, дружить с ними и вообще надо держать дистанцию. А еще надо понять, что это тяжелый, беспросветный и частенько неблагодарный труд. Как в боксе. Раскрылся – и получил справа в челюсть. Встаешь и продолжаешь. Потом была наука понять, что хорошо играют и поют на определенном уровне все. Ну мы же не восхищаемся тем, как ведет машину таксист, который вас везет? Это его работа, которую он умеет делать. Значит, нужны те, кто имеет свой почерк, свою манеру. Вот они и интересны публике, а значит, и вам.

Так я отсек любителей и перешел к профессионалам.

Природная наглость и здоровый цинизм помогли мне и в этом случае. Единственное, что я придумал, оказавшись среди будущих коллег, – это идти от противного. Тогда в Израиле по телевизору члены кнессета тусовали в шортах и тапочках. Так примерно выглядели и продюсеры. А я надел пиджак, галстук и купил дорогие туфли. И уже скоро про меня говорили: «Вот тот придурок в галстуке, который продюсер». Я отличался от них всех и невольно притягивал к себе внимание. На любой тусовке меня почему-то принимали за главного и шли ко мне. Смешно? Это было именно так. Впервые оказавшись на собственном концерте, после мелких халтур, и на огромной сцене, я перес…ал и заб…дел. Там стояли опытные музыканты, делали чек и ждали указаний. Они делали саундчек, а я делал вид, что я в этом, как рыба в той самой воде. Но они в меня верили? Вернее, в мой галстук? Вот так мы сыграли концерт, и на удивление все получилось. Потом еще тысячи концертов. И я учился. Каждый раз. С тех пор я помню, что аванс надо оправдывать. Думаю, получилось. Потом время авансов закончилось, я оброс зубами как у акулы, и мне уже не было ни страшно, ни стыдно – и понеслось. И заняло это не так много времени. Выбора не было. Я не люблю рассказывать об успехах. За двадцать с чем-то лет их было, как говорят в одном черноморском городе. Гастроли за рубежом, гастроли в родной стране, корпоративы, чего только не было! Придерживался я лишь одного принципа. Только живой звук, только хорошая музыка.

Правда очень старался. Учился работать с новыми русскими, со старыми евреями. Верующими, неверующими. Иногда терял работу, потому что не позволял говорить с собой как с быдлом. Ну потому что деньги хорошие, и, как они говорили, не вопрос, но я был готов, что покупают мою работу, а не меня. Так и расставались, не полюбив друг друга ни разу. Перестал впадать в ступор и абсолютно не обращал внимания, когда девчонки, певицы или танцовщицы при мне переодевались. Они профессионалки, ну и я. Понял, к примеру, что гениальный музыкант может быть банальным …удаком, моральным уродом и просто тупым придурком. Жадным, мелочным и склочным. Ну и что? Ничего личного – и работаем. Пьяницы, наркоманы, бабники, клептоманы… Все пороки человеческого общества вы можете встретить в этом мире.

Как и встретить талант, гений и воочию увидеть, как происходит чудо.

Много всего было разного. Я благодарен Израилю, он научил меня не быть совком. Никого не бояться, говорить в открытую, кому я хочу и что я хочу.

Поэтому меня многие не любят во власти. Ну я их не люблю еще больше. У меня вообще нет пиетета перед авторитетами. Уважение есть. А вот это преклонение перед кумирами – это не ко мне. Это же так просто. Хочешь, чтобы я тебя уважал? Относись ко мне уважительно. Согласитесь, что это просто.

Сегодня? А что сегодня? Я привык жить так, что никаких прошлых заслуг не существует. Прошел день – и все надо начинать сначала. Только прозвучал последний аккорд на зеленом концерте – и концерт закончился. И скоро следующий. И все сначала. Каждый раз. Все сначала. Такой вот уникальный и странный бизнес. Который я люблю и ненавижу одновременно.

Лев КЛОЦ
Израиль

Share This Article

Независимая журналистика – один из гарантов вашей свободы.
Поддержите независимое издание - газету «Кстати».
Чек можно прислать на Kstati по адресу 851 35th Ave., San Francisco, CA 94121 или оплатить через PayPal.
Благодарим вас.

Independent journalism protects your freedom. Support independent journalism by supporting Kstati. Checks can be sent to: 851 35th Ave., San Francisco, CA 94121.
Or, you can donate via Paypal.
Please consider clicking the button below and making a recurring donation.
Thank you.

Translate »