Фонд политических преследований
Cейчас пишут много, якобы анализируя сделку Трампа с налоговой и создание нового фонда — Фонда по противодействию политическим преследованиям, или ФППП (это моя аббревиатура, я буду использовать ее.) Почти все, что я видела в поп-публикациях на эту тему, — глупости. Сегодня я обсужу только самую скандальную теорию прессы — что якобы это соглашение навеки освобождает Трампа от любой ответственности и даже от расследований за будущие налоговые преступления.
Если вам лень читать дальше, то просто знайте, что это неправда. Я отдельно напишу о законности фонда, который создается этим соглашением. Тут гораздо сложнее и интереснее. Сегодняшний вопрос, иммунитета, довольно простой.
Контекст: с чего все началось?
В 2019–2020 годах Чарльз Литтлджон, подрядчик IRS, передавал налоговую информацию Трампа и других богатых американцев в СМИ. «Нью-Йорк таймс» выпустила публикацию о налогах Трампа осенью 2020 года, за несколько недель до выборов. Это, конечно же, уголовное преступление и опасный прецедент. Использование налоговой для политических войн закончится плохо, а особенно плохо — раскрытие конфиденциальной информации, которую правительство собирает у граждан под угрозой насилия. Участие НЙТ в этом преступлении было постыдным, но на НЙТ уже клейма негде ставить, поэтому этот разговор оставим на другой раз.
Последовали огромный скандал и волна расследований. Трамп, его дети и его компании подали многомиллиардный иск против IRS и Казначейства. После соглашения сторон истцы добровольно отозвали иск, и стороны подписали документ, создающий Фонд по противодействию политическим преследованиям, ФППП.
Архитектура сделки
Соглашение Трампа с IRS и создание ФППП — это не одна, а несколько наложенных друг на друга конституционных конструкций:
(1) попытка договорной самозащиты президента (и его сети и семьи) от будущего преследования,
(2) использование частного иска для перераспределения бюджетных потоков в обход конгресса (вместо того, чтобы идти в конгресс за целевым ассигнованием на новый Фонд, исполнительная власть опирается на уже существующую общую бюджетную конструкцию (постоянный фонд по выплате по судебным решениям и мировым) и через мировое соглашение фактически создает новую квазипрограмму),
(3) создание де-факто «третьей архитектуры иммунитета», не предусмотренной ни текстом Конституции, ни традиционными доктринами иммунитета (этот иммунитет не вытекает ни из должности, ни из статуса государства, а создан частным договором – интересная тема, но совершенно не скандальная),
(4) мягко завуалированная партийная репарация за счет федеральной казны.
Формально каждый шаг имеет оправдание в рамках существующей доктрины. Но вместе они складываются в пакет, который может напрячь структурные предохранители Конституции.
Поэтому я не в восторге.
Еще раз: сегодня мы обсуждаем только иммунитет Трампа и его семьи.
Вопрос
Правда ли, что язык соглашения Департамента юстиции «навсегда снимает любую уголовную ответственность с Трампа», как утверждает левая пресса?
Конечно нет. Такое прочтение не просто преувеличено — оно игнорирует и сам текст, и базовую логику того, как устроены мировые соглашения и исполнительная власть. Вы, наверное, заметили, что источники, которые пишут подобные вещи, не дают вам полного текста релевантной части договора.
Вот полный текст в оригинале.
Цитата: «United States releases, waives, acquits, and forever discharges each of the plaintiffs from, and is hereby forever barred and precluded from prosecuting or pursuing any and all claims, counterclaims, causes of action, appeals, or requests for any relief, including injunctive relief, monetary relief, damages, examinations or similar or related reviews, appeals, debt relief, costs, attorney’s fees, expenses, and/or interest, whether presently known or unknown, that—as of the Effective Date of the Settlement Agreement—have been or could have been asserted by Defendants against any of the Plaintiffs or related or affiliated individuals (including, without limitation, family or others filing jointly), or parties including trusts, parent, sister, or related companies, affiliates, and subsidiaries, by reason of, with respect to, in connection with, or which arise out of (1) any matters that were raised or could have been raised in the Case or the Pending Agency Claims; (2) Lawfare and/or Weaponization; or (3) any matters currently pending or that could be pending (including tax returns filed before the Effective Date) before Defendants or other agencies or departments».
Переведу ключевые части, выделяя релевантные места:
«Соединенные Штаты … навсегда освобождают каждого из истцов и навсегда лишаются права возбуждать или вести какие-либо и все иски … включая проверки или аналогичные ревизии … известные и неизвестные, которые по состоянию на дату вступления в силу соглашения могли быть предъявлены … в связи с (1) вопросами, которые были или могли быть подняты в деле или по незавершенным агентским производствам; (2) Lawfare и/или Weaponization; или (3) любыми вопросами, которые уже находятся или которые могли находиться в произведестве (включая налоговые декларации, поданные до даты вступления в силу) у ответчиков или других ведомств».
Это не означает «пожизненный иммунитет Трампа от всего и навсегда».
- Временное ограничение прямо зашито в текст
Ключевые формулировки: «… которые по состоянию на дату вступления в силу были или могли быть предъявлены…»; «… включая налоговые декларации, поданные до даты вступления в силу…»
Ну разве это так трудно понять?
Это значит:
- Эта часть соглашения ограничена поведением, которое уже произошло к моменту вступления соглашения в силу.
- Тут прямо написано о налоговых декларациях, «поданных до» этой даты.
Тут не написано: «до и после», «когда бы ни была подана» или «независимо от даты». Речь идет о закрытой вселенной — о прошлом, об уже поданных декларациях и уже сложившихся спорах.
Если, гипотетически, Трамп совершит налоговое преступление в 2027 году в связи с декларацией, поданной после этой даты, это предложение по собственным формулировкам такого не покрывает.
Нет никакого добросовестного текстуального аргумента, что эта фраза обнуляет будущую ответственность за будущие действия.
- Что на самом деле означает Forever barred and precluded
На что пресса делает упор: «навсегда освобождает»; «навсегда лишается права возбуждать или вести… проверки или аналогичные ревизии…»
Тут два принципиальных момента.
- Это типичный язык глобального мирового соглашения. Его применяют к конкретному временному и предметному срезу.
«Навсегда» здесь означает: «ты не можешь через пять лет вернуться и снова открыть те же самые споры». Это не означает, что «ты никогда больше не можешь применять закон к этому человеку ни по какому поводу».
- Множество того, от чего США «навсегда» отказываются, определяется ограничивающими формулировками:
- «по состоянию на дату вступления в силу»;
- «налоговые декларации, поданные до даты вступления в силу»;
- вопросы, связанные с самим делом, незавершенными агентскими производствами и заявленной Lawfare/Weaponization.
Мы используем подобные фразы постоянно. Я надеюсь, вы понимаете почему.
Иначе вы сегодня подписываете соглашение с правительством (или с кем угодно), выполняете его со своей стороны, а потом ваш противник возвращается и, ломая руки, кричит: «О боги! Я не знал! Так вот какая ты! А я дарил цветы! Если бы я знал, что ты это в прошлом сделал, то я бы не подписал соглашения! А теперь я подаю в суд по поводу вот этого, о чем я не знал! Из-за того, что я не знал, я не мог дать информированное согласие на отказ от преследования за это». И подает в суд, нарушая договор о том, что все ваши взаимные претензии прекращены.
А тем временем вы уже выполнили свою часть договора, и ее отозвать невозможно, или просто из-за этого соглашения вы позволили миру измениться таким образом, что просто вернуться в точку до договора уже нельзя.
Если мы согласимся на такую систему, то никакой мирный договор не будет окончательным, ибо любая из сторон сможет потом вернуться и утверждать, что чего-то не знала.
Но этого не может быть, потому что не может быть никогда. Потому что важные цели нашей правовой системы — во-первых, окончательность решений, во-вторых, стимулировать добровольные мирные соглашения, чтобы освободить суды. Вот поэтому мы подписываем такие глобальные фразы постоянно. Мы включаем в мирные соглашения запреты на возвращение сторон с криком «о боги, я не знал! начинай сначала!» на тему любого действия, совершенного до заключения договора.
Поэтому, когда мы заключаем мировое соглашение, мы «навсегда отказываемся от любых взаимных претензий» по всем событиям до сегодняшнего дня.
Это не дает мне права завтра ударить вас и ссылаться на «пожизненный иммунитет». Это означает, что я не могу снова поднять старые обиды.
- Эта фраза распространяется на детей и компании Трампа
Эта фраза (процитированная выше) распространяет защиту от будущих преследований на сеть связанных с Трампом лиц и структур: членов семьи, трасты, материнские и сестринские компании и так далее. Это тоже совершенно типично. Мы это делаем постоянно.
Почему? Потому что если оставить лазейку (скажем, я тебе плачу деньги, а ты больше не будешь судить только меня), то противник просто начнет судить твоих детей, твои компании и так далее.
Поэтому глобальные соглашения обычно включают всех. И долго-долго перечисляют всех, кого имели в виду включить. И еще в конце пишут: «Эту фразу нужно интерпретровать так, что все на свете включены, кто по смыслу этого списка мог быть включен».
- Эта фраза включает не только преследования, но и проверки, расследования и т. д.
В этой фразе написано, что по этим прошлым вопросам США не только не будут подавать иски, но и не будут проводить проверки, переоткрывать дела и т. п. Потому что если государство не имеет права преследовать и наказывать какое-то прошлое действие, то какой может быть легитимный смысл в проверках? Это был бы обход договора о непреследовании. Де-факто — преследование и травля путем процедурного изматывания. Поэтому это тоже включено в договор.
- Суммирую
Этот текст, об иммунитете, радикальный? Нет. В рамках закона? Да. Включает ли он любое будущее поведение? Нет. Это единоразовый, ретроспективный «мирный договор» по десятилетию скандалов, а не лицензия на будущую безнаказанность.
У нас могут быть вопросы по поводу Фонда противодействия политическим преследованиям, его структуры и особенно его финансирования (я об этом напишу отдельно). И у нас могут быть вопросы по сложным доктринальным пунктам этого соглашения, например adversity (я об этом, возможно, тоже напишу отдельно, хотя это может быть слишком эзотерическим для поп-текста). Но на тему иммунитета Трампа и его семьи ничего необычного и спорного нет. Можно спорить по поводу разумности этой сделки и особенно ее символизма. Но невозможно серьезно говорить, что этот договор создает «вечную амнистию Трампу от будущих нарушений закона». Это просто ложь.
Повторяю, что в этой сделке много сложного и неоднозначного (и я лично многое не поддерживаю). Но иммунитет семьи Трампа не входит в список сложного и неоднозначного.
Катя ЛИТВАК
юрист
