А что же тогда антисемитизм?

В декабре 2025 года няне-отравительнице дали два с половиной года (слава Богу, никто из членов еврейской семьи не умер), а 14 апреля 2026-го апелляционный суд оставил приговор в силе, отказавшись признать антисемитизм в качестве отягчающего обстоятельства. “Обычный финансовый конфликт”, – постановили судьи.

Нонсенс? Аномалия? Исключение? Вовсе нет. Вот несколько примеров.

Аллуш против Франции

Мирьям Аллуш, которая работала в ассоциации по сохранению памяти жертв Холокоста в Париже, стала объектом преследования гражданина, который прислал ей 26 электронных писем с антисемитскими оскорблениями (“грязная еврейка”, “да здравствует Гитлер”, “всех евреев на мыло”) и угрозами физической расправы.

Французские правоохранительные органы и суды (включая апелляционный и кассационный суды) отказались признать антисемитский мотив как отягчающее обстоятельство. В приговоре утверждалось, что речь идет о… “гневе из-за любовного разочарования”.

Мирьям дошла до Страсбурга, и в апреле 2024 года ЕСПЧ вынес решение по делу Allouche v. France (№ 81249/17), единогласно признав, что Франция нарушила Европейскую конвенцию по правам человека, “намеренно и необоснованно” проигнорировала антисемитский мотив. В итоге – 15.000 евро в качестве компенсации и пересмотр решения в отношения подсудимого.

Дело братьев из Туниса

Парижский апелляционный суд в марте 2026 года оправдал братьев-близнецов из Туниса по обвинению в антисемитизме. Они обвинялись в том, что умышленно срубили оливковое дерево, посаженное в честь Илана Халими, молодого французского еврея, замученного до смерти два десятилетия назад.

В ходе судебного разбирательства братья заявили, что ничего не знали о злоключениях Халими, так как вообще не говорят и не читают по-французски. Они уверяли, что срубить именно это дерево, выбранное из тысяч других на территории сада Алькобендас (площадью 3,1 гектара), было чистой случайностью.

Суд тем не менее с доводами братьев согласился, заявив, что не нашел доказательств того, что подсудимые действовали с “намерением нанести удар его память из-за религиозной принадлежности”.

 Дело Рашида Хениче

В мае 2022 года Рашид Хениче с криками “Аллах акбар” сбросил своего соседа, 89-летнего Рене Хаджаджа, с балкона 17-го этажа. Прокуратура Лиона заявила, что не видит оснований для квалификации дела как преступления на почве ненависти (“это бытовой конфликт”). Многочисленные антисемитские публикации в соцсетях, сделанные Рашидом, к делу суд приобщить отказался.

Дело Кобили Траоре

В ночь на 4 апреля 2017 года 27-летний Кобили Траоре, сосед 65-летней Сары Халими (бывшей воспитательницы детского сада и ортодоксальной еврейки), пробрался в ее квартиру в Париже, где в течение часа жестоко избивал ее, выкрикивая “Аллах акбар” и называя ее “шайтаном”. После этого он выбросил ее с третьего этажа.

В 2021 году французский суд постановил, что Траоре не может предстать перед судом, поскольку находился в состоянии острого психического делирия, вызванного употреблением каннабиса. Подсудимого отправили лечится, но суд антисемитский мотив так и не признал…

…Пару месяцев назад французский президент Эммануэль Макрон, встречаясь с представителями еврейской общины, сказал: “Антисемитизм – это не проблема евреев, это патология демократии. Перед лицом этой гидры ответ не может быть исключительно полицейским, он должен быть цивилизационным”. (L’antisémitisme n’est pas le problème des Juifs, c’est une pathologie de la démocratie. Face à cette hydre, la réponse ne peut être uniquement policière, elle doit être civilisationnelle).

Все правильно Макрон сказал. Только одного не уточнил: как же понять, что речь идет об антисемитизме, если даже суды отказывают признать очевидное? Ведь если убийство евреев, разрушение еврейских памятников и отравление еврейских семей не являются антисемитизмом, то что же тогда является?

►Еще тексты в моем телеграм-канале t.me/maxlirie

Макс ЛУРЬЕ