День рождения Дж. К. Роулинг

– Гриффиндор, – гордо подтвердил ребенок, и мы пошли дальше.

Книга, создавшая новый язык. Книга, объединившая миллионы. А может и миллиарды уже, если считать, что у первых детей, читавших Поттера, есть свои дети, и они тоже читают.

Литература, особенно детская, полна историями о волшебниках, монстрах и вымышленных мирах. Толкин, Ле Гуин, Льюис, Пратчетт, Мартин – все это было написано до «Гарри Поттера». И еще тысячи, если не десятки тысяч книг о принцессах, эльфах и гномах. Что же такого сделала Роулинг, что нет сегодня на свете ребенка, который не слышал бы о Гарри Поттере, даже если не читал?

Она превратила волшебный мир в мир обыденный, понятный, доступный. Ну да, волшебники, палочки, метлы, зелья, экзотика. Но также и строгие учителя, и уроки, и оценки, и страх перед экзаменами, и газеты, магазины, спорт, бюрократия. Необычный обычный мир. И политика в нем есть, и борьба за власть, и дискриминация по происхождению, и нехватка денег, и рабский труд. Все то, чем наполнен, чему противостоит, с чем борется не слишком успешно наш привычный обычный мир.

Так легко представить, что два этих мира действительно существуют рядом, что странный человек, встреченный на улице, странен не случайно, а между двумя обычными платформами скрывается еще одна, невидимая.

В этом вся гениальность Роулинг, на мой взгляд – в Хогвартс не летят на драконах, не скачут на кентаврах, не пробираются загадочными подземельями, не борются с великанами, охраняющими вход. Просто садятся в поезд, самый обычный поезд на самом обычном вокзале Кингс Кросс. Всего-то и надо – разглядеть вход, увидеть, что между 9 и 10 есть еще и 9 ¾ .

И обычные люди могут стать необыкновенными.

Одинокий, заброшенный, бессильный, в сущности, мальчик, живущий в каморке под лестницей, вдруг обнаруживает, что он – волшебник. Что он не странный, просто другой, замечательно другой.

И результат. Дети не просто читают о Хогвартсе – они ждут письма. Того самого, написанного на пергаменте, принесенного совой, с большой круглой печатью. Дело тут не только в желании махать волшебной палочкой, но и в вере, в надежде: «Возможно, во мне есть что-то особенное, чего никто не видит».

А дальше книги растут вместе с читателем. Для ребенка, начавшего читать «Философский камень» в 8 лет и закончившего «Дары смерти» подростком, Гарри Поттер становится частью взросления, частью жизни. Немногие детские серии так успешно состарились вместе со своими читателями.

При этом Гарри не самый сильный волшебник, и не самый умный, и не самый умелый. Десятки людей постоянно находятся рядом с ним, помогают ему, поддерживают, подбадривают, жертвуют многим ради него. В наш век супергероев, век победы Марвелла над кинематографом, Роулинг говорит нечто совсем другое: никто не побеждает тьму в одиночку.

И еще она говорит: люди боятся правды. Так сильно, так истерически боятся правды, что правительства манипулируют информацией, промывание мозгов становятся нормой, а те, кто осмеливается правду сказать, преследуются и наказываются. Ну и что, говорит (и делает) Роулинг. Правда от этого не перестает быть правдой. Правда не делается менее нужной или менее истинной от того, что министр боится потерять свой пост, а чиновники боятся гнева министра. Даже если вы не можете противостоять лжи открыто, не забывайте правду.

Зло невозможно победить окончательно, раз и навсегда, но необходимо каждый раз побеждать его заново, каждый раз заново совершать свой моральный выбор – это моя любимая мысль у Роулинг.

С лнем рождения, Джоан Роулинг и Гарри Поттер!

О. Кромер