Вы готовы рисковать своими детьми?

Имела удовольствие проехаться и пройтись по Сан-Франциско… Флайерсы развешены  везде, где можно… Вот эти – о свержении режима Трампа. Почему? Потому что режим – фашистский, если кто не в курсе. Трамп – тиран, король и далее весь набор.

Вопрос к вам: что бы сделала любая контора – штази, КГБ, сигуранца, гестапо, если бы на улицах были расклеены вот такие огромные флайерсы? Если забыли, напомню: в течение считанных часов были бы найдены и арестованы люди, которые делали дизайн, распечатывали и расклеивали что-то против Сталина, Гитлера, Мао, уж не говоря про всяких Ким Чен Ынов. А вот наш какой-то непонятный «фашистский» режим и ухом не повел.  Флайерсы с призывом о свержении режима Трампа  как висели, так и висят. Собираться наши борцы призывают раз в неделю. И все, представляете, на свободе.
Напоминаю, что еще делали некоторые режимы с демонстрантами: Новочеркаск – массовый расстрел, площадь Тянь Ань Мень – танки на людей, Тегеран – расстрелы и казни…

Еду домой. Издалека вижу – ученики соседней школы толпами выходят из здания и сотнями переходят улицу.  Но их плакаты (как правило, напечатанные промышленным способом) дали знать все…  Этих подростков и детей послали протестовать против  ICE.  А на самом деле – создать на месте сбора толпу: вот мы, народ, вот разные возраста, вот количество, вот расы, вот плакаты. И все в едином порыве…  Когда я поняла, куда идут, толпа прошла, но я спохватилась и успела хоть кое-что сфотографировать.

Поскольку я достаточно хорошо знаю, как собираются люди на демонстрации, я заявляю: крайне, крайне редко люди сами добровольно и в больших количествах выходят на протесты. Тут я вижу одну из двух причин: либо ситуация такая, что люди буквально голодают, их обирают, они отчаялись… Либо существует человек или организации, которые занимаются сбором людей.  И тогда  кто-то приходит, потому что сочувствует причине. Но таких деятельных мало. А кому-то платят за участие. И эти люди составляют масса. На чьи-то деньги печатают листовки, покупают флаги, печатают транспаранты, строится структура. Иначе возможны только единичные индивидуальные протесты. И это не цинизм. Это знание реалий. На том же сайте Craig’s list печатались в 2020 г. списки о наборе профессиональных протестантов. Оплачивался проезд к месту протеста, еда и проживание (если в другом городе). С тех пор ничего не изменилось. Откуда я знаю? Вот один из примеров: моя знакомая поделилась информацией. Ее внучка со школы дружит с девочкой из очень состоятельной семьи. Она никогда не работала. Обе девочки были левые. Но внучка знакомой стала медсестрой, работает много и начала менять свои взгляды. С месяц назад ее подруга предложила вместе поехать на протест в соседний штат. Она свободна, не работает.

– Я не могу, у меня работа, – ответила внучка знакомой.

– Отпросись, поедем, погуляем, развлечемся. Деньги ты не потеряешь, там оплачивают проезд, проживание и работу. Будет весело.

Работа – это стоять на протесте и по возможности мешать работать ICE – обзывать их, кидать камни, бить по машине, угрожать, провоцировать. Весело? Мне нет…

Беспорядки в Миннеаполисе, отличная координация между протестующими, созвоны со штабом, с организатором, перегруппировка с места на место, оборудование для связи – все на профессиональном уровне. Народ обучили и выпустили. На это нужны деньги. Б-а-альшие деньги.  Очень большие в масштабах страны. И кто-то это все оплачивает. Как вы думаете – их очень волнует судьба нелегала? Нет. Судьбы конкретных людей их никогда не интересовали. Только их идеи.  Выбор всегда в сторону идеи, не человека.  Их волнует другое – возможность получить власть, используя чувства людей, жалость. Имея власть и деньги, можно потом плюнуть и на нелегалов, и на митингующих (особенно если те начнут  протестовать против самих организаторов, что иногда случается).

Но давайте вернемся к школьникам, которых не только в Сан-Франциско, но по всей Bay Area послали из школы на протесты. (А им много не надо: лучше пойти погулять, чем сидеть в классе). И, кстати, платить не надо, а массовость создают. Они стояли на перекрестках, болтали, смеялись, выбегали на проезжую часть перед машинами, плакаты часто держали вверх ногами, настолько их «волновала» проблема…
Думаю, с детьми были учителя, но я не видела ни одного. И мне стало интересно, кто же послал детей вместо уроков на митинг? А главное – как была обеспечена безопасность детей? Знают ли родители, что вместо математики или, не приведи господь, физики у них митинг?

Решила я позвонить в школу. Ой, а у них у всех как раз ланч, как сообщила секретарь. Оставила сообщение заместителю директора. Прошу перезвонить, оставила имя и телефон. Медленно говорила.  Звоню опять секретарю:

– Я издатель газеты, хочу поговорить с директором.

– А если вы из газеты, вам надо звонить в гороно. Мы не имеем права с вами говорить.

– ?! Ладно, кому звонить?

– Laura, (415) 730-0314

Должность Лауры  я прослушала.

Звоню. Оставляю сообщение. Через минут 20 перезванивает сама Лаура. Сообщаю, что хочу уточнить несколько вопросов по митингу.

– Какие вопросы? – она очень вежлива и даже воодушевлена.

– Я бы хотела знать, кто именно организует митинг?

– Вся информация у нас на сайте.

– Значит ли это, что вы не знаете, кто? Мне просто нужно название организации или имя.

– Нет, не значит. Я знаю, но все на сайте.

– То есть вы знаете и не говорите мне?

– Все на сайте. Дайте мне ваш имейл, и я пришлю.

– Хорошо, дам. А кто отвечает за безопасность детей?

– О, к безопасности мы относимся очень серьезно…

– Не сомневаюсь.  Расскажите, как именно? Какие меры приняты?

– Все на сайте, дайте ваш имейл.

– Я вижу, что вы не хотите отвечать на мои вопросы.

– У меня сейчас будет митинг, нет времени.

–  Ваш ответ занял бы минуту…  То есть я могу написать, что у представителя гороно не нашлось пары минут на разговор, состоящий из трех вопросов, так?

– Нет, не так.

– А как?! Хорошо. Запишите мой имейл и пришлите информацию.

И я медленно, очень медленно, по буквам трижды продиктовала ей имейл, а потом спросила ее фамилию… Тут была до-о-олгая пауза.

– Нет, – поразмыслив, ответила Laura, – мою фамилию я не дам.

– Хорошо, – подумала я, сама найду, нет проблем, – а какая у вас должность?

И вот тут, какой кошмар, быть не может, но на том конце – полная тишина…Ну, случайно, конечно, произошло разъединение.

Перезваниваю. Тишина… Оставляю сообщение и ей. Ни она, ни зам директора школы не звонят. Какие беспредельные трусы.

Ну, не могу сказать, чтоб я от этих школьных учителей-отморозков, а тем более от их начальства ждала какого-то честного разговора или хотя бы простого ответа на вопросы. (И пусть редкие хорошие учителя меня простят, но и они знают, что в своей массе их коллеги очень ограниченные и трусливые люди).
В тот же день я подумала, как СМИ будут рассказывать про единый порыв народа, про resistance и священную борьбу,  как народ сам выходит на протесты против режима «фашиста Трампа»… Точно так и происходит. Никакого отхода от методички, указаний, регламента.

… Вы можете придерживаться любых взглядов и, как некоторые, называть меня нерукопожатной, обзывать всех людей не левых взглядом гноем, мусором, считать  тупыми и далее по списку. Это ваше право. И ваша карма. Меня мнение всех левых интересует меньше судьбы прошлогоднего снега.
Но своих детей вы любите? Вы хотите, чтоб они были целы, здоровы? Тогда подумайте об их безопасности.

Знаете, чего хотят организаторы этих митингов? Крови. Всегда и в любой стране они хотят крови.  Николай Алексеевич Некрасов радикалом не был, но его стихотворная  строка «Умрёшь не даром, дело прочно, когда под ним струится кровь…» очень точно отражает состояние умов и левых в его и наше время, и исламистов.
Вот слова террориста Синвара:  «Мы заплатили кровью и готовы платить ещё больше, чтобы изменить реальность». После атак он подчёркивал, что массовые жертвы — не ошибка, а катализатор истории, который «будит мир».

Исмаил Хания: «Кровь мучеников освещает путь нации и двигает её вперёд». Он повторял, что именно жертвы «возвращают палестинский вопрос в мировую повестку».  Насилие трактуется как медиастратегия и инструмент легитимации.
Это не оговорки. Это идеология. Насилие и кровь  рассматриваются как механизм давления и мобилизации под их знамена ленинизма, маоизма и марксизма.

Причем жертвовать и своими детьми для достижения целей – это тоже норма. Их идея– главное. А человек – так… средство. Фанатики, которым в голову не придет вопрос о том, стоит ли их идея слезинки ребенка.
Вы готовы к таким поворотам событий? Потому что безопасности детей гороно не обеспечивает. Это невозможно – обеспечить безопасность сотен детей, которые стоят на перекрестках со множеством машин, просто находятся в толпе, где могут быть такие же левые провокаторы, которые ради достижения своих целей пойдут на все. Вы понимаете это? Пойдут на все.

А если вы спросите меня, какой третий вопрос я хотела бы задать ей (помимо вопросов об  организаторах и безопасности) то это был такой: выводили ли вы детей на митинги, когда нелегал (до этого 6 раз депортированный) убил девушку в Сан-Франциско на одном из пирсов?  Или когда нелегал из Камбоджи зарезал 19-летнего парня ножом на глазах друзей? Были ли вы тогда на митингах?!
Это был бы риторический вопрос. Я знаю ответ, и вы его знаете – не были. Потому что митингов таких не было. Никто не вкладывал деньги, никто не организовывал митинги в защиту убитых нелегальными иммигрантами и изнасилованных девушек, детей. А их по стране – сотни. Не одна мадам Гуд и не один г. Притти, а сотни. О них не говорят в СМИ. Почему?  Их жизни не важны? Да, в контексте достижения великих целей всеобщего равенства-братства лидеры этих человеконенавистнических культов готовы погубить и миллионы. И уже погубили. Цель для них всегда оправдывает средства.

…Звоните в свои гороно. Звоните этим бесстыжим конформистам, которые при настоящем фашизме  никогда бы головы не подняли. Они клонились бы с линией партии, как миленькие. Выскажите свое мнение. Вы посылаете детей в школу учиться. О качестве учебы помолчим. Но учиться, а не митинговать и не превращаться в уличных активистов.  Звоните, если вы поняли, о чем я написала и если не хотите  того дела, под которым струится кровь и ваших детей. Не молчите.  Ваши дети – ваш выбор. Вы готовы ими рисковать? Эти митинги так быстро не пройдут.

P.S. Кажется, мне не надо выезжать в город, чего только ни насмотришься. Стою на перекрестке на красном свете. По перпендикулярной от меня улице идет поток машин и едет велосипедистка,  у которой на заднем колесе на приступочке сидит малыш лет 4-5. Да, оба в шлемах, но посадить такого малыша назад?! «Зачем?» – подумала я. Как только они проехали, я, провожая их взглядом, поняла, зачем она посадила малыша позади себя. На спине ребенка был прикреплен  плакат “Stop ICE”.
…Она готова рисковать своим ребенком. Своей спины ей, видно, было мало…

Жанна Сундеева