Встречи со снегом

А раньше, до эмиграции, снег был непременным атрибутом нашей жизни. И я писал о снеге, о метелях, о других приметах зимы. Вот, скажем, стихотворение из той, доэмигрантской поры:

 

***

Серых туч бесконечное стадо

и порывистый ветер сырой…

Видно, дело идет к снегопаду,

эту ночь он заполнит собой.

 

Будут бешено или лениво

падать снежные хлопья впотьмах,

будет мокрого снега лепнина

на заборах,

стволах и ветвях.

 

Снегопад, торжествующий зодчий,

для которого город – каркас,

пышный храм

возведет среди ночи,

белый храм

для себя и для нас.

 

Я люблю эту пышность

и это

нарастание белых чудес…

Только б храм не растаял до света,

только б он до утра не исчез.

 

Еще в самой первой моей книге, тоненьком поэтическом сборнике «Знак осени», вышедшем в Кишиневе в 1979 году, были стихи о снеге. Скажем, вот это стихотворение:

 

Ива

 

Причудливо-кривая ива

в лучах луны стоит, светла.

Снег, повторив изгиб ствола,

лежит на ней змеей ленивой.

 

Метель прошла…

В тяжелом сне

застыло все, а ива эта,

прислушиваясь к тишине,

нетерпеливо ждет рассвета,

 

чтоб кривизны ее хоть раз

не осудил суровый  город

и чтобы строй деревьев гордых

своей признал ее сейчас…

 

Чем так привлекали меня зима, снег? Я пытался сформулировать это в стихах. Вот одна из таких попыток:

 

* * *

Даже если уже не сугробы,

а прямо холмы

наметает метель,

третьи сутки над городом воя, –

все равно есть влекущее что-то

в разгуле зимы,

что-то юное и бесконечно живое.

 

Мы забыли, что жизнь –

это битва и праздник, и пир,

столкновенье стихий,

неподвластное нашей дремоте.

Не о том ли метель, разойдясь,

и трубит на весь мир,

не о том ли и плачет

на самой пронзительной ноте…

 

А вот – совсем другое настроение:

 

***

Так снегопад нетороплив,

повисший над притихшей улицей,

как будто всяк живущий жив

лишь потому,

что им любуется,

 

лишь потому, что –

стар ли, млад –

он будет счастье знать, пока еще

снег принимает ниспадающий

подобно высшей из наград.

 

Снег, помимо прочего, это и возможность на время вернуться в детство, играя в зимний день со своими детьми.

 

***

Мы снежную бабу лепили в лесу,

мы комья катали,

и зайчики солнечные по лицу

у сына скакали.

 

…Швыряли снежки

у зимы на краю.

Был смех его звонок.

На время задумчивость сбросил свою

мой кроткий ребенок.

 

И бегал он,

бледность сгоняя со щек,

лихой и азартный,

и счастьем светился,

как этот денек,

денек невозвратный…

 

А вот каким увидел я снег в Москве за несколько месяцев до нашего отъезда в США:

 

Снег в Москве

 

В Москве не будет больше снега,

Не будет снега никогда.

А. Межиров

 

       1.

В Москве разыгрались метели,

дней семь

за метелью метель.

Откуда они налетели,

когда на подходе апрель?

 

В воронку метели закручен,

смотрю, хоть мутна высота,

какие тяжелые тучи

проходят, меняя цвета.

 

А снег залепляет глаза мне,

чтоб скрыть в мельтешенье и мгле,

что комья

увесистей камня

гнут ветви деревьев к земле.

 

       2.

Силы небесные!

В мире, вконец оробелом,

благо и бедствие

слиты в нашествии белом.

 

Снежное взорвано

царство – и напропалую

в разные стороны

мечутся снежные струи.

 

Город – подвешенный,

зыблющийся и неловкий,

снежною бешеной

переиначен штриховкой.

 

Это брожение

(сто изменений в минуту)

как отражение

незатихающей смуты.

 

По нарастающей

хлещет столицу державы

снег, предвещающий

боль и нескорую славу…

 

       3.

Не раз еще вспомню, уехав

в края, где зима – не зима,

как белое билось с разбега

о храмы, киоски, дома.

 

И шел я под яростным небом

не как посторонний –

как свой,

срастаясь с облепленной снегом,

ослепшей от вихрей Москвой.

 

Что и говорить, много воспоминаний, ассоциаций связано со снегом. А здесь, в эмиграции, увидеть его удалось только через пять лет после приезда. Отъехав от Сан-Франциско на довольно значительное расстояние.

 

***

Машина влетела с разбега

туда, где округа светла.

Пять лет мы не видели снега –

с отъезда…

Такие дела.

 

Но вот он –

искрится, не тая,

объемен, глубок и не смят.

Недвижные, в нем утопая,

высокие сосны стоят.

 

Не парк,

что под боком, у дома,

а лес, первозданен и нов.

Заснеженные буреломы,

скопленья больших валунов…

 

И мы остановимся.

Спросим

окрестную чуткую тишь

о домиках, что среди сосен

завалены снегом до крыш:

 

они нам не снятся ли?

Чаща…

Сугробы слепят белизной.

И пахнет зимой настоящей!

Такой долгожданной зимой…

 

Я мог бы продолжать и продолжать эту тему, но боюсь утомить. Со снегом или без него, Новый год всё равно остается Новым годом. С наступившим! Пусть он будет счастливым для нас всех!

Николай СУНДЕЕВ