“У меня не осталось ничего, кроме миски еды и Библии”

И вновь в центре внимания Америки оказалась снискавшая печальную славу федеральная тюрьма округа Колумбия. Именно здесь томятся узники шестого января – причём в самых суровых условиях, которые можно сравнить лишь с тем, как содержатся террористы и серийные убийцы.

Один из политзаключённых по имени Джейкоб Лэнг дал интервью правому телеканалу Newsmax, где рассказал о происходящем внутри тюрьмы: жестокому обращению надсмотрщиков и отсутствию базовых понятий о гигиене. Один из узников уже был нещадно избит тюремщиками и чуть не потерял зрение. Другие называют своё пребывание в заключении “физической, социальной и психологической пыткой”.

После резонансного интервью Лэнга в тюрьме прошла неожиданная проверка, которая признала все его претензии верными. Но руководство тюрьмы не простило политзеку такой наглости: его моментально лишили доступа к адвокату и членам семьи, права совершать какие-либо звонки и де-факто полностью отрезали от внешнего мира.

Как и многих других узников шестого января, Лэнга удерживают в одиночной камере в ожидании вердикта суда, разрешая лишь на два часа в сутки выйти на прогулку. Цель такого обращения очевидна – морально сломить заключённых, разорить их семьи судебными расходами и заставить признать себя виновными.

Как теперь говорит сам политзаключённый, у него больше не осталось в жизни ничего, кроме миски еды и Библии. Священников к нему не пускают, как теперь и адвоката, и единственным способом хоть как-то общаться с миром вне тюрьмы остаются передаваемые журналистам письма.

Большинство американцев справедливо признают узников шестого января политзаключёнными. В отличие от всех международных правозащитников – будь то Human Rights Watch или Amnesty International – что не смеют и слова сказать в их защиту. Это одна из запретных тем для современного либерального дискурса, и правозащитники попросту боятся рисковать репутацией и финансированием ради защиты каких-то “маленьких людей” с неприятными для них взглядами.

Малек Дудаков