Трудовая копейка

Не помогло даже то, что из пяти вузов, приславших дочери уведомление о приёме на учёбу, мы специально остановили выбор на университете, чья история была отмечена такими яркими представителями консервативно-республиканской мысли, как Томас Джефферсон, Маргарет Тэтчер, Генри Киссинджер, и ещё целой плеядой политических звёзд, противопоставлявших право личности на индивидуально-рыночную свободу левацким идеям социально-коллективной уравниловки и ликвидации частной собственности (кстати, если задуматься, то формат коммуны – это первый шаг на пути демонтажа основ традиционного общества. Но это так, к слову).

Однако, увы, щупальца “заговора леволиберальной профессуры”, как это явление полусерьёзно часто называют в Америке, проникла и в выбранную нами цитадель правого консерватизма.

Словом, уже начиная со второго курса под крышей дома моего начались перманентные политические дискуссии. Правда, должен отдать должное, дочь действительно пыталась разобраться в альтернативных мировозренческих установках, с уважением воспринимая наш с супругой опыт прошлой жизни при социализме и свежие наблюдения, собранные мной во время деловых поездок на Кубу и в Венесуэлу.

Видимо, подобного рода честные, но спокойные разговоры и помогают сохранить у молодых мечущихся умов здравый смысл и критическое мышление, способное анализировать действительность. Поэтому крайне важно сохранять диалог между поколениями. Жизнь позже может сама расставить всё по своим местам.

В нашем случае определенное отрезвление произошло на третьем курсе. В то лето дочь вышла на стажировку к своему будущему работодателю. Это была большая финансовая корпорация, способная снабжать своего рекрута неплохим денежным пособием уже на стадии курса молодого бойца.

И вот эта зарплата, настоящая “трудовая копейка”, позволяющая человеку первый раз в жизни в определённой мере ощутить свою финансовую независимость, произвела эффект во много раз превосходящий самые убедительные аргументы. Свои, – не полученные от папы – а именно заработанные кропотливым трудом деньги, заставили дочь взглянуть на мир под другим углом.

– Я посчитала сколько с моих доходов удержат налогов. – задумчиво сказала как-то за завтраком ещё вчера убеждённая “социалистка”.

– Ну, и? – вопросительно взглянул я в ответ.

– Это не очень справедливо! – вдруг эмоционально выпалила поклонница латиноамериканских и испанских “коммунистических” писателей (с подачи преподавателя именно эта литература служила в университете пособием при изучении испанского языка). – Я же эти деньги ЗАРАБОТАЛА. Я сама могу решить – как и в каком объёме помочь СВОИМИ деньгами нуждающимся, зачем мне для этого государственный диспетчер, который потратит мои деньги непонятно на что?

– А я тебе о чем уже не первый год толкую? – с интересом наблюдая за мгновенным взрослением и трансформацией идеалиста в реалиста, не без внутреннего удовлетворения заметил я.

– Налоговая хотя бы расскажет мне куда и на что они направят МОИ налоги, ведь они заберут почти половину моего заработка?

– Ха! – пришлось усмехнуться. – Расскажут, конечно… Потом догонят и ещё раз расскажут.

– Это неправильно и несправедливо! Легче тогда вообще не работать и жить на пособие. Я посмотрела: после налогов мой доход будет почти сопоставим с социальной помощью. Но мне ведь за эти деньги приходиться работать по 10 часов в день. – отчеканила дочь и задумчиво удалилась к себе.

– Добро пожаловать в партию республиканцев! – торжественно бросил я ей вслед, вспомнив давно живущую в сети шутливую историю про девочку и сторонника республиканской партии.

В результате того разговора лично для себя сделал вывод: трудовая копейка лучше любой книжки или заумной лекции способна обьяснить, что справедливое общество – это не тогда, когда нет богатых, это когда нет бедных. А вот богатыми (условное, конечно, понятие) людей могут сделать только усердие и получаемые от него доходы, защищённые от желания государственной бюрократии снимать со своих работающих подданных излишнюю стружку. Налоги не должны убивать у людей желание делать, придумывать, создавать.

Важность государства никто не подвергает сомнению и нет желания приуменьшать его роль. Однако есть смысл помнить, что, как говорила Маргарет Тэтчер, нет никаких государственных денег, есть только деньги налогоплательщиков.

Возникающее переодически у государства желание быть чрезмерным диспетчером при распределении доходов граждан, избыточная социальная функция в исполнении государственной бюрократии, в итоге приводят к совершенно уродливым результатам, когда в обществе падает социальная активность граждан, множатся патерналистские настроения, возникает “спрос на нищету”, жизнь за счет социальных подачек начинает считаться более привлекательной и комфортной, чем жизнь за счёт собственного труда, предприимчивости, ответственности.

Но разве не желательнее для любого государства, чтобы у граждан была активная жизненная позиция и тяга к “трудовой копейке”, которая со временем могла бы становиться заработанным миллионом?

В желании зарабатывать, в стремлении к финансовому успеху – нет ничего плохого. Гораздо хуже, когда молодёжь нацелена на социальные разрушения и так называемое равенство (что, само по себе, уже утопия) в беспросветной нищете. Съездите в Венесуэлу или на ту же Кубу, где в этом можно убедиться не отходя от кассы, что называется. Если, конечно, наше общее прошлое за последние 35 лет несколько подзабылось.

Тимур Сейтмуратов