Сильная женщина – какая она?

Навеяно чтением статьи «Сильные женщины – я вас не люблю», опублико­ванной в №1076 и на сайте https://kstati.net/silnye-zhenshhiny-ya-vas-ne-lyublyu/

Сразу прошу прощения – будут цитаты, иначе трудно показать всю прелесть позиции А. Жельветро.

Конечно, бросилось в глаза желание автора эпатировать читателя уже в первых строках: «До недавних пор я все никак не мог понять, почему меня не возбуждают сильные женщины?»

«Ну, может, потому что импотент…» – по­думает кто-то, не дойдя еще до момен­та разговора психолога с его душой, в которой страх молчит, но отзываются жалость и отвращение… Ага, именно отвращение. Запомним это ключевое слово.

«Он что, кобель, чтобы его все женщи­ны возбуждали?» – подумает другой или другая.

Ну, бывает, что желание эпатировать просто застилает глаза. Пропустим. Может, он хочет привлечь внимание к теме и приведет весомые аргументы.

Совершенно справедливо автор по­лагает, что прежде всего нужно опре­делиться с терминами: кто же такая – сильная женщина? И его определение

–  это не «та, которая добивается успеха в карьере», не та, «которая физически выносливее мужчины», не та, «которая сама принимает решения». Заметьте интересную деталь, очень много гово­рящую о состоянии ума автора: опре­деление сначала дается от противного

–  «не та… и не та…».

А кто же тогда? – спросите вы. Для А. Жельветро сильная женщина – это та, «которая постоянно конкурирует с мужчинами. И поле ее конкуренции

–  отношения, любовь. Она все время пытается обыграть, обставить, ули­чить, обхитрить, манипулировать муж­чиной… Сильная женщина начинает шить куртки из кожи и нервов своего мужчины».

Не знаю, как для вас, но я бы сказала, что для меня это определение обыч­ной среднестатистической стервы, а не сильной женщины. Еще интересно, обратите внимание, что он измеряет силу женщины не через нее саму – не через ее доброту или талант, не через умение работать или вести семью, т. е. не как отдельного человека, а через мужчину, через ее отношение к муж­чине – и только. Интересно, а измерял бы он так же мужчину – только через отношение к женщине?

И крайне странно, что психолог подме­няет понятия, смешивает их, придает словосочетанию «сильная женщина» абсолютно другое значение, его пер­сональное, его исключительно персо­нальное видение. Можно, конечно, это сделать с любым понятием, и многие люди часто это делают, но только все громче начинает звучать вопрос: а за­чем? И ответ (какой я слышу): он очень обижен на женский пол… Настолько обижен и раздражен, что не способен сконцентрироваться, найти точные слова.

Жалко его, конечно… Потому что стол­кнуться с той, которая «шьет куртки из кожи и нервов своего мужчины» – бр- р-р , такого и не каждому врагу поже­лаешь… Но какое отношение она име­ет к “сильным женщинам”?

«Ладно, критиковать легко, – говорю я себе, – а ты попробуй сама определить, кто такая сильная женщина?»

Я бы, конечно, очень попросила вас, уважаемые читательницы и читатели, высказаться по этой теме… Но и своих взглядов, как вы заметили, я обычно не утаиваю.

И я позволю себе высказать свою точку зрения на то, кто такая сильная женщина – в моих глазах. И здесь бу­дет немного истории из наших с вами жизней. Для меня сильная женщина

–  совершенно не та, которая манипу­лирует мужчиной… Вообще понятие «сильная женщина» не имеет отноше­ния к мужчине… Она сама по себе силь­ная, а не в соотношении с мужчиной… Точно так же, как и сильный мужчина

–  силен сам по себе, а не определяется через женщину.

Сильная женщина – это та, которая в 90-х смогла не сломаться и не опустить руки, а подумала, что, если кандидат­ская степень и преподавательская ра­бота не кормят, то надо начать шить или вязать… или научиться чему-то, что необходимо для поддержания ее семьи. И сделала то, что нужно.

Для меня сильная женщина – это та, которая при вызове в КГБ могла сде­лать наивные круглые глаза и «не по­нимать», чего от нее хотят… «не знать» и – не рассказать.

Или та, которая перебивалась с хлеба на воду, но сохранила знания по своим двум высшим инженерным образова­ниям, чтоб оказаться очень востребо­ванной в 2000-х, – к тому времени таких инженеров не выпускали уже давно.

Или та, которая могла писать «в стол» стихи, которые никто не публиковал… и за которые никто не платил. А стихи были хорошие. Время было поганое, а стихи хорошие…

Или та, которая могла на ночь детям читать светлые сказки и не давать им падать духом, сохранить веру детей, их надежду, их детство, когда у самой в душе был ад кромешный. Вот это, по­жалуй, самый сильный человек.

А еще та, которая приехала в эмигра­цию и начала все с нуля… а точнее – с минуса. И смогла удержаться, не рас­теряться, не обозлиться на весь свет за потерянный социальный статус, за не­обходимость постоянно учить то, что не любишь, но что необходимо делать для семьи.

Или та, которая смогла добиться ис­полнения своей мечты и, несмотря на лишения и проблемы, выучилась или подтвердила свой диплом и занимает­ся любимой работой.

Сильная женщина в моем понимании

–   та, которая может сочетать в своей жизни семью и профессию без ущерба для семьи, которая знает свои возмож­ности и способности и не нуждается в политкорректных подпорках типа «я меньшинство, мне положено, вы мне должны».

Сильная женщина знает разницу меж­ду ней и мужчиной и не претендует на его роль. Она умеет прощать, когда чувствует, что можно простить, и до­стойно расставаться, если так случи­лось и простить нельзя.

Она знает границы, табу и щадит серд­ца и чувства других людей, как мужчин, так и женщин. И, как бы она ни была привлекательна, из-за нее не волнуют­ся жены знакомых мужчин, ее не рев­нуют.

Такими я вижу сильных женщин (кста­ти, я ничего не имею против слабых женщин, если они не используют свою слабость для хождения по трупам к цели)… Но как же мы можем назвать сильных женщин, если г. Жельветро за­нял этот термин, обозначив им стерв?

Боюсь, что ему просто не известна раз­ница между женщиной и стервой, а это значит, что все женщины для него

–  стервы, способные вызывать у него жалость и отвращение.

Только со слабой женщиной он мо­жет чувствовать себя сильным и му­жественным, умным и благородным… Имеющим право говорить о своем от­вращении, об уродстве сильных жен­щин. И о том, как он их не хочет. А кто же хочет его, простите за откровен­ность?

И как же тогда назвать обиженного и обозленного психолога Жельветро, который собственные внутренние про­блемы хочет решить за чужой, за жен­ский счет, поскольку наверняка полу­чил в своей жизни серьезную травму, да такую, что и профессия не помогает исправить. И, скорее всего, получил ее потому, что живет внутри него эдакое превосходство и неуважение к Жен­щине в принципе… Как его назвать?!

Сложно сказать, как научить взрослого человека уважению к женщине, это как бы вне моей задачи.

Но если надо наглядно показать раз­ницу в поведении стерв и сильных женщин, то я бы сделала это так.

Ознакомившись с его позицией, стер­ва кинула бы ему носовой платочек, из тех, тонких, батистовых, с вышивкой, и сказала: «Утри сопли и слюни, мужик. И сам измазался, и других пачкаешь».

Сильная женщина посадила бы за стол, налила бы стакан чаю или рюм­ку коньяка и сказала бы: «Послушайте, Андрей, та, которая сшила себе куртку из ваших нервов и кожи, все равно не будет счастлива. Не знаю, насколько это утешает, но оставьте прошлое про­шлому.

Если вы научитесь уважать женщину, то вы увидите вокруг себя тех, кого можно любить, а не тех, с кем нужно со­ревноваться. Не все рвутся к штурвалу корабля, некоторых жизнь выталкива­ет из каюты на капитанский мостик, а бывает, что те, кто там стоял, не могут управлять кораблем…

Нет у нас с вами соревнования. А есть Жизнь, есть Мужчина и есть Женщина. И у каждого из нас своя роль и свое предназначение. А курточки из нервов и кожи других… это у обоих полов бы­вает».

Жанна Сундеева