С песней по жизни

За червонец трудов лагерей

И в подарок рабочему классу –

Там, где были тропинки зверей,

Проложил я Колымскую трассу.

Не печалься, любимая,

За разлуку прости меня…

Песня

Актер Константин Хабенский в роли легенды нашей эмиграции Петра Лещенко исполнил песню «Тоска по Родине»:

Я иду не по нашей земле,

Просыпается серое утро.

Вспоминаешь ли ты обо мне,

Дорогая моя, златокудрая?

Я тоскую по родине,

По родной стороне моей…

Текст создан советским солдатом Георгием Храпаком в конце войны на территории Румынии, сохранилась старая запись исполнения песни Аллой Баяновой – это надо услышать. Так получилось, что нашему поколению знакома другая песня на тот же мотив, ее название – «Эшелон», иначе – «Чередой за вагоном вагон», она обозначена в эпиграфе к этой истории. В некоторых песнях, услышанных в советское время, узнается неожиданно либо мотив, либо сюжет более ранних произведений стихотворного жанра. В популярной благодаря Утесову стилизации «С Одесского кичмана» (сейчас ее живописно исполняет Татьяна Кабанова) узнается пародированный первоисточник: «Во Францию два гренадера из русского плена брели» (Г. Гейне, пер. М. Михайлова).

В песне из репертуара Петра Лещенко «Здесь, под небом чужим» можно распознать переиначенный текст «Осенних журавлей» Алексея Жемчужникова (одного из создателей образа Козьмы Пруткова). Стихотворение написано у берегов Рейна и имеет несколько иную окраску, чем у Лещенко:

Я ту знаю страну, где уж солнце без силы,

Где уж савана ждет, холодея, земля

И где в голых лесах воет ветер унылый, –

То родимый мой край, то отчизна моя.

В детстве я полюбил читать Некрасова, из поэмы «Коробейники» узнал печальную судьбу героя песни «Ой, полным-полна моя коробушка» – его застрелил придурковатый лесник, у которого даже пес носил зловещую кличку Упырь.

Песня на стихи Некрасова «Меж высоких хлебов затерялося» дала жизнь фольклорному тексту, популярному когда-то в определенных кругах – « Среди топких болот», где повествуется о незадачливом добром молодце, совершившем вооруженный грабеж и застреленном при попытке к бегству. Также вспоминаются строки концептуалиста Иртеньева: «На восток расширялося НАТО и до нас невзначай доползло.» Кстати, из песен Некрасова мне нравилась менее известная «Огородник»:

Не гулял с кистенем я в дремучем лесу,

Не лежал я во рву в непроглядную ночь, –

Я свой век загубил за девицу-красу,

За девицу-красу, за дворянскую дочь.

Интересно, что песни, где обозначена тоска по родине, часто создавались вовсе не эмигрантами, вспомним «Быстро-быстро донельзя» Веры Инбер:

Застучат переклички паровозных встреч,

Паровозных встреч.

Зазвучит непривычно иностранная речь,

Очень странная речь,

И сквозь струи косые передумаю вновь:

За кордоном Россия, за кордоном любовь,

За кордоном любовь…

 

Более близкий по времени пример находим у Александра Городницкого:

 

Над Канадой небо сине,

Меж берез дожди косые.

Хоть похоже на Россию,

Только все же не Россия.

 

И ведь действительно – не Россия!

Иван СЕРБИНОВ
Саннивейл