Про Венесуэлу и про американскую армию

Немного неполиткорректно

Но сейчас Венесуэла в новостях каждый день: то мы одну лодку с наркоторговцами взорвали, то другую, то военные корабли к их берегам подогнали. Я читаю кучу аналитики на эту тему, но с большей частью прочитанного не согласна или не полностью согласна, поэтому решила написать сама.

Во-первых, я много знаю про Венесуэлу – слежу за ними много лет и слушаю новости на испанском. Во-вторых, мне есть что сказать про армию и скрытую причину многих конфликтов, в которые она вовлечена (спойлер: это ни разу не нефть). В-третьих, абсолютно весь анализ чего угодно на сегодняшний день окрашен Трампом; либо его надо обругать, либо его надо оправдать. И бывает, что надо – то или другое – но с Венесуэлой сложнее, и заслуживает она большего, чем быть рассматриваемой через призму вашего мнения о Президенте.

Часть I. Венесуэла

Сначала интересная история про их последние выборы. О том, как некогда относительно демократическая, хоть и коррумпированная, страна медленно сварилась в молоке диктатуры, как прибрали к рукам парламент и суды и как потихоньку задушили все демократические институты, я вам рассказывать не буду: с поправкой на латиноамериканский колорит вы всё это читали о России. Но в последние выборы венесуэльцы отличились даже на фоне своих друзей-диктаторов.

Начиналось всё по привычному сценарию. Мария Корина Мачадо, центро-правый кандидат, которого по всем показателям (потому что нормальных опросов нет) вела со значительным перевесом, была под идиотским предлогом осуждена и объявлена недостойной кандидатурой. Ей пришлось скрываться. Но она не исчезла, а назначила себе замену – опытного дипломата Эдмундо Гонзалеса, который раньше в политику не лез, карьеру сделал прекрасную и репутацию имел незапятнанную. Там просто не к чему было придраться – и времени особо не было, выборы на носу. Тогда ему просто не дали проводить кампанию. Авиалиниям дали приказ не сажать его и его команду в самолёты, и они ездили по довольно большой Венесуэле на автобусах. Но из этого тоже ничего не получилось, потому что в большинстве мест их не пускали (любые помещения)  под любыми предлогами, а демонстрации на улице разгоняли. Уже в сам день выборов… ну, это вы тоже знаете, живущим за рубежом голосовать было почти невозможно, на местах нарушали всё, что можно, и угрожали, как можно. Все, кто хоть как-то привязан к государственной кормушке, а это сегодня почти все, кто не хочет жить впроголодь, подвергались давлению.

Тем не менее, в день выборов оппозиции удалось собрать и задокументировать количество голосов. Там в каждом округе есть бумажка, на которой всё записано и подсчитано. Какие-то пережитки демократических времён.  Думаю, от них уже избавились. Но суть в том, что оппозиция показала, с документами в руках, что Гонзалес набрал хорошо за 60%. Даже при всём том, что устроил режим, голосовать за Мадуро никто не хотел. А потом потушили свет и выключили машины.

Что сделал Мадуро? Объявил себя победителем, набравшим 51%. Когда его попросили, как свои, так и за рубежом, не то что пересчитать голоса, а предъявить хоть какие-то цифры, результаты, подсчёт голосов, да что угодно, он объявил их империалистами, капиталистами, колониалистами, уже не помню, кем ещё, демонстрации жестоко подавили, а брыкающемуся Гонзалесу пришили дело о сопротивлении законной власти и вытурили из страны путём угроз как лично ему, так и его семье. Осталась – никто не знает где – одна дерзкая Мария Корина Мачадо.

То есть они сначала зачем-то провели выборы, очевидно для всех проиграли, а потом сказали, что выиграли. Даже не пытаясь подделать бумажки, просто сказали – и всё. Понятно, что режим Мадуро не признаёт ни одна хоть сколько-то демократическая страна.

Параллели с другими известными вам диктатурами давно заканчились. Венесуэла довольно уникальна. Да, сначала Чавес, а потом Мадуро что-то кричали про боливарскую революцию и социализм, но социализм там строить никто даже не пытался. Какого-до националистического духа там тоже нет, про патриотизм не слышала ни разу. В стране просто правит банда наркотеррористов со всеми вытекающими. Они не левые и не правые, они обычная мафия, разграбившая всё.

Из некогда жемчужины Южной Америки за последние 10 лет сбежало почти 8 миллионов, примерно четверть населения. Это один из самых больших миграционных кризисов в мире и самый большой, просто на порядок, для страны НЕ в состоянии войны. В Каракасе и других больших городах появилась новая профессия: люди, которые приводят в порядок и продают оставленные квартиры и дома. Находят там плесень и паутину – квартиры просто оставляли и бежали, часто бросая вещи, мебель и книги. На средней улице не горит треть окон, многие выбиты. Не горит куча фонарей. Мертвые районы. Преступность дикая. Там страшно.

Большинство эмигрантов поехали в другие страны Латинской и Южной Америки, в основном в Колумбию и Перу. Их приняли, как европейцы приняли украинцев, но не только из чувства солидарности и культурной близости, но и потому, что были в долгу. Как уже было сказано, Венесуэла долго была жемчужиной региона и одной из самых богатых стран. Во времена диктатур и нарко-террора соседи массово бежали именно туда, и их принимали. Пришло время отдать долг. Вообще в Венесуэле, в отличие от многих соседних стран и той же России, не было культуры эмиграции. Венесуэльцы любили свою страну и не хотели её покидать. Уезжали единицы, по работе или по любви. Последние 20 лет, но особенно последние 10, стали просто национальной трагедией на многих уровнях.

За исключением Кубы и Никарагуа (этот Даниэль Ортега уже помрёт когда-нибудь?), Мадуро и его банду в Латинской Америке ненавидят люто. Никто там не любит и не хочет, чтобы Дядя Сэм лез в их дела, но абсолютно никто Мадуро оплакивать не будет. Общее настроение: да пусть уже его снесут наконец, хоть как. Венесуэлу жалко.

Зато кто Венесуэлу любит, холит и лелеет, так это Китай и в меньшей степени Россия. Это их форпост в регионе и место для отмывания денег (потому что вложением это назвать трудно – во что вкладываются?). У Китая там многомиллиардные контракты.

Часть II. Армия вообще и военные действия в частности

И всё же, что мы делаем и планируем делать в Венесуэле? Там диктатура и наркомафия, но мало ли где ещё диктатура и наркомафия?

Вот, например, Мексика – куда более крупный игрок в поставке наркотиков в США. На это есть простой ответ: в Мексике разумный демократически выбранный президент, с которым, точнее с которой, можно и нужно договариваться. Что мы и делаем. И они, со своей стороны, сильно прищучили банды. Вообще практически с любыми странами, где есть проблема нарко-терроризма, мы ведём переговоры и пытаемся решить проблему мирным путём. (Колумбия отдельный случай, но это другая тема). С Мадуро просто не о чем разговаривать. Там не банды в государстве, там государство – банда. И наркота чуть ли не главный источник их дохода, потому что нефть они профукали.

Ах да, нефть. Её много, и на ней когда-то держалась экономика. Но, во-первых, там разруха, буквально. Разворовали всё, специалисты уехали, машины сломались, качают мало. Во-вторых, нефть в Венесуэле тяжёлая, грязная. Её надо очищать. Сами они ничего не очистят, надо куда-то возить и очищать. Куда? У нас свои refineries забиты. В-третьих, может кто-то пропустил эту новость, но благодаря фрекингу мы давно энергонезависимы, ещё и другим поставляем. Идея о том, что мы развязываем войну ради нефти не работала даже во временя Ирака-2, хотя тогда многие свято в это верили, а сейчас это просто ерунда. Ну не стоит эта овчинка выделки ни при каком раскладе.

Есть другая теория – вставить пистон Китаю, у которого, как уже было замечено, там миллиарды и некие военные образования. Это, вероятно, играет какую-то роль, но слабую. У Китая базы на Кубе, куда ближе к США, а мы не лезем на Кубу. А несколько миллиардов, вложенных Китаем в Венесуэлу, это копейки, это их даже не поцарапает. Ослабить влияние Китая в регионе – однозначно хорошая цель, тоже самое можно сказать про Россию. Но цель, прямо скажем, сильно побочная. Это не тот уровень влияния, ради которого начинают войны.

Самая реальная из целей (не войны, а мелких операций) – это припугнуть, прищучить, ослабить нарко-банды, которые орудуют по всему континенту. Если им отрезать морские пути, они полезут через джунгли или повезут это на самолётах, а там у нас лучше схвачено. Морской путь у них очень популярен, это серьёзный удар по бизнесу. Когда вам кто-то говорит, что это бесполезно – не верьте. Те же люди говорили, что Хамас и Хезболла непобедимы. Конечно, весь нарко-терроризм во всей Латинской и Южной Америке не выживешь, это понятно. Но серьёзно их ослабить можно и нужно. Просто мы видим только часть борьбы, верхушку айсберга. Очень многое делается через переговоры и через наземные операции в других странах (правительствами этих стран). Там, где можно действовать другими способами, – действуют. Просто Мадуро и его банда – отдельный случай, и, как большинство террористов, они понимают только один язык.

Но что же там с войной и со сменой режима? Я полагаю – могу ошибаться – что это блеф, метод припугнуть. Вводить наземные войска в Венесуэлу вряд ли кто будет. Для этого нужно тысяч 50 военных, и это сумасшедшие затраты, которые не совсем понятно, как окупаются, несмотря на всеобщую мечту снести нахрен Мадуро. Венесуэла – не крошечная Панама, там не сменишь режим за пару дней. Люди, которые сейчас пишут, что мы собираемся в Венесуэлу (ужас, ужас) раньше предупреждали, как плохо будет захватить Канаду или объявить войну Дании за Гренландию. Они воюют с риторикой Трампа, и за последние годы так и не выучили, что это как воевать с ураганом – довольно бестолковое занятие. Не потому, что риторика хороша, а потому что бестолковое.

Но есть ещё один фактор, про который никто не говорит. Это то самое не совсем политкорректное, что я обещала в заголовке. Наверняка вы читали какую-то аналитику про потенциал армии Китая, и почти везде написано, что у них много денег, учений, оборудования, что они намного красивее, чем мы, ходят на парадах, но военного опыта у них нет. В серьёзных войнах не участвовали. И это плохо (для них). Потому что почти в любом деле опыт – вещь незаменимая. Это огромное преимущество армии США, наш опыт.

Да, опыт у нас есть. Много раз, когда я разговаривала с сыном – задолго до всего этого и задолго до выборов – он упоминал, насколько важны в армии солдаты и офицеры, отслужившие в Ираке и Афганистане. Это самые ценные кадры, незаменимые. Но они потихоньку уходят. Незаменимых заменить трудно. И ещё упоминал, тоже не раз, насколько многие в армии становятся… по-английски я бы сказала restless, а на русский перевела бы как “у них чешется” – когда мы 20 лет нигде не воюем. Помните, я писала, что труднее всего офицерам попасть в пехоту? Когда я спрашиваю людей, которые не имеют отношение к армии, куда, по их мнению, сложнее всего попасть кадету, мне предлагают что угодно от кибербезопасности до медицины. Не военному человеку пехота в голову не приходит, а туда самый большой конкурс. Армия добровольная, туда идут все, кто хочет на войну.

Мы тратим на эту армию триллионы, и она забита людьми, которые пришли воевать. Это не мои домыслы, это факт: 15-20 лет (то есть одно поколение военного состава) без заварушки плохо отражается на морали, и плохо для оправдания вливаемых туда миллиардов. Помните, сколько народу было против военно-промышленного комплекса, когда закончилась холодная война? Зачем, говорили, нам эта армия. Сейчас уже не говорят, но Россия и Китай далеко – и надолго. Никто туда воевать не пойдёт, по крайней мере сейчас. А армии нужна периодическая заварушка  и опыт. У меня сильное подозрение, что это фактор в очень многих наших войнах. Да, мы должны служить мировым жандармом, у нас геополитические интересы, всё это так, и для этого у нас вот эта армия, а у неё танк чешется и три самолёта. И даже если войну не объявлять, где-то как-то побряцать, пару кораблей куда-то подогнать и тому подобное – очень полезно. Разгоняет кровь в жилах.

Пару слов про объявление войны, а то на эту тему тоже только ленивый не написал. Последний раз Конгресс официально объявлял войну в 1942-м году. Последний раз он официально одобрил военные действия в 2001-м, на фоне трагедии 11-го сентября, против Ирака. Эта резолюция потом тихо “перекочевала” в борьбу с ISIS, хотя это был совершенно другой конфликт в другом месте. Обама под резолюцию 2001-го года против Ирака гонял дроны по всему Ближнему Востоку до 2015-го года. Я это поддерживаю, если что, у меня к Обаме конкретно по поводу использования оружия против террористов претензий нет. Но резолюция та была на тот момент ну очень не первой свежести, и не десятой, и не 5 рублей, а три, и не выиграл, а проиграл.

Количество мелких и крупных конфликтов, в которые влезали разные президенты, забывспросить Конгресс, не так уж мало. Босния/Косово, Сомалия, Ливия… Это только навскидку. Иногда Конгресс одобрял военные действия сильно пост-фактум, как во Вьетнаме. На эту тему можно много написать, но Гугл в помощь. Идея о том, что мы ни выстрела без разрешения Конгресса на можем сделать – чушь собачья. Многим не нравится быковатое поведение США на мировой арене, это я понимаю и иногда даже соглашаюсь, но это такая же новость, как автомат Калашникова.

Выводы.

1) Любые точечные операции против венесуэльских нарков одобряю. И против этого режима упырей. Что примерно одно и то же. Вообще с нарко-бизнесом в Южной и Латинской Америке надо воевать, где мытьём, где катаньем. И мне хочется верить, что это будет делать любой избранный президент.

2) Войны-войны против Венесуэлы скорее всего не будет. Но если они попытаются как-то снести Мадуро без открытых военных действий, то и хорошо. И тоже не ново.

3) Мне очень жалко Венесуэлу и венесуэльцев, я многие часы подкастов про них прослушала, хочется вернуть им страну. Это просто мои мысли вслух, не про политику США.

4) Армия беременна если не войной, то какой-то заварушкой. Это чисто субъективно, на основе того, что я слышу и читаю в открытых источниках. Нравится нам или нет, это периодически надо как-то почёсывать, иначе они чувствуют, что про них забыли, мотивация падает. Увы, факт жизни.

5) Во всей этой истории новость – только конкретная страна. Сама политическая игра весьма стара, как и протесты против подобных акций. Действия Конгресса абсолютно нерелевантны, вне зависимости от того, есть резолюция или нет. См. Вьетнам и Ирак. Если кто-то против военных действий, им начхать на мнение Конгресса. Если за – тоже.

Сара Букина