Отсроченная справедливость есть отказ в справедливости

Ничего подобного Верховный Суд не решал, никакой поддержки реформам он не выражал. Объясняю здесь, и напоминаю: большинство “правовых комментариев” в прессе — такого же уровня).

Решение — 8:1. Единственный диссент (возражение) — от судьи Джексон, назначенной Байденом (судья Джексон — та, которая не знает, что такое женщина, потому что она не биолог.

О чем это дело? В феврале Трамп выпустил Президентский Указ, где приказал федеральным агентствам готовиться к сокращению численности персонала. Несогласные (профсоюзы, общественные организации, местные органы власти) подали в суд, требуя срочно заморозить этот указ, пока идет судебный процесс о сути, нарушает ли указ Конституцию.

Конечно же, они подали в суд в Сан-Франциско, потому что там у них был наибольший шанс напороться на левого окружного судью, который выдаст быструю заморозку.

Так и произошло. 22 мая окружная судья Иллстон из Сан-Франциско (назначена Клинтоном) выдала заморозку. Заморозка приостанавливала на неопределенный срок попытки проведения реорганизации в более чем дюжине федеральных департаментов и агентств.

Администрация подала срочную апелляцию в Верховный Суд.

Главный адвокат США, Джон Зауэр, написал в Верховный Суд: «Агентствам мешают … предпринимать необходимые шаги для повышения эффективности федерального правительства и рабочей силы… Без вмешательства [Верховного] Суда это невыносимое положение дел обещает сохраняться в течение месяцев».

Сегодня Верховный Суд согласился, причем почти единогласно.

Это дело важно главным образом тем, что развивает правовую теорию самоограничения судей.

Я тут немного отвлекусь на то, чтобы объяснить правовой контекст. Я замечаю в прессе повторение такого аргумента: если не позволять судам низшего уровня замораживать решения администрации на время судебного процесса, то нелегальные решения будут действовать несколько лет, пока не испещрятся все апелляции. И это создаст стимул исполнительной и законодательной власти выпускать нелегальные решения.

А это плохо. И это правда. Но. В таких дебатах важно не останавливаться после выражения своей позиции, а спросить, каковы отрицательные последствия системы, которую вы поддерживаете.

Мы не живем в идеальном мире. Любой из вариантов плох. Мы просто выбираем лучших из худших.

Так вот, если любой окружной федеральный судья, а их сотни, сможет заморозить любое решение администрации на время судебного процесса, то даже абсолютно легальные и необходимые (а часто срочно необходимые) действия правительства будут остановлены на несколько лет, пока дело в судах. Даже если действия правительства абсолютно легальны, и все это знают.

Всё ухудшается тем, что называется форум-шоппинг: если истцы попросили судью заморозить и он отказался, они просто могут найти других конкретных кандидатов для истцов, подать новый иск в другом суде на ту же тему и попросить другого судью заморозить. Это не всегда работает — у нас есть много правил на этот счет — но часто работает. И в делах, где подобными походами по судам можно заниматься бесконечно (это не все дела, но таких много), уж какой-нибудь судья да согласится выдать заморозку.

И это тоже плохо.

Ибо пока действия администрации заморожены, суд да дело, тут и выборы, тут и новая администрация, тут и мир изменился, поэтому когда незаконную заморозку в конце концов снимут, так уже и не надо.

Как говорят американцы, отсроченная справедливость — это отказ в справедливости.

Позволять окружным судам свободно замораживать действия правительства на время путешествия дела по апелляциям — это фактически подстрекать судей на плохое поведение, на захват власти, которая принадлежит другим ветвям.

Повторяю, что в системе, где замораживать действия правительства нельзя никогда, тоже есть много плохого.

Как и в системе, где замораживать можно запросто.

Как и в системе, где замораживать можно иногда, но не всегда — там развиваются эти игры юристов с определением красных линий, “тут копай, тут не копай”, и (потенциально) коррупция. И люди перестают понимать правовую систему из-за растущей сложности, а это тоже очень плохо, ибо понижает легитимность власти.

Мир несовершенен.

Но в пользу режима “разрешить замораживать очень-очень редко” есть важный аргумент — правительство можно смести выборами. Федеральных судей убрать нельзя, у них пожизненные должности. Поэтому, при выборе между потенциальным беспределом судей или потенциальным беспределом Президента, мы выбираем беспредел Президента. Его власть ограничена избирателями и временна.

Повторяю, что это — не идеально, но мы и не ищем идеал. Мы ищем менее плохое.

КОНЕЦ СКОБОК

Итак. Трамп выпустил указ о грядущих сокращениях в федеральной бюрократии. Окружная судья выпустила заморозку. Сегодня Верховный Суд отменил заморозку. Правительство вольно продолжать проводить массовые увольнения.

Важно: это решение — срочное, из тех, что называют “теневой реестр дел”. Я о них писала раньше. Обычные решения Верховного Суда идут через систему годами, и сам ВС их рассматривает почти год. Но сверхсрочные и очень важные решения, обычно основанные на заморозках, выпущенных низшими судами, рассматриваются вне очереди и в большой спешке.

Я бы на этом не концентрировала внимание, но судья Джексон решила построить аргумент, который разбивается именно об этот процедурный момент. Обратите внимание, это всплывет через пару минут.

Решение, как обычно для таких сверхсрочных, короткое и не подписанное. Все, кто не поставил подписи — за.

ВС постановил, что февральский указ Трампа, скорее всего, является законным.

“Скорее всего” — потому что, повторяю, сейчас речь идет только о заморозке. Сам судебный процесс о легальности указа еще только раскачивается. Заморозка дается только тогда, когда истец может продемонстрировать, что ответчик “с большой вероятностью” нарушает закон, и это нужно срочно остановить. (Есть и другие требования для заморозок, я о них уже писала, сейчас не об этом).

Так вот, Верховный Суд постановил, что, по крайней мере, на основании фактов, известных нам сейчас, указ Трампа является законным. А заморозка, значит, незаконна.

Решение ВС позволяет федеральным агентствам возобновить выполнение указа Трампа. Но. Это не значит, что теперь правительство может делать, что угодно до конца времен. Нет, истцы все-таки смогут оспаривать конкретные планы конкретных агенств в будущем. Но это будет нелегко.

Суд написал:

«Мы не выражаем мнения о законности любого системного увольнения и плана реорганизации агентства, разработанного или одобренного в соответствии с Указом [Президента] и меморандумом».

Алё, CNN! Для кого Суд это написал, для Пушкина?

«МЫ НЕ ВЫРАЖАЕМ МНЕНИЯ О ЗАКОННОСТИ ЛЮБОГО СИСТЕМНОГО УВОЛЬНЕНИЯ… РАЗРАБОТАННОГО ИЛИ ОДОБРЕННОГО В СООТВЕТСТВИИ С УКАЗОМ [ПРЕЗИДЕНТА]…»

Где тут, как суммировал это CNN, “Верховный Суд поддержал усилия Трампа по радикальной реформе федерального правительства”?

Не читайте советских газет.

Суд поступил правильно (и за это проголосовали почти все судьи, включая левых), ибо это — срочное решение не по сути дела, а по заморозке. И никаких конкретных планов перед судом не стоит. Всё это пока фантазии.

Судья Кетанджи Браун Джексон написала диссент (возражение).

ЦИТАТА ИЗ ДИССЕНТА: На мой взгляд, это решение не только очень неудачное, но также высокомерное и бессмысленное. Судьи низших судов держат руку на пульсе того, что происходит на местах, и, бесспорно, находятся в лучшем положении для определения соответствующих фактов… Я не вижу оснований для вывода о том, что окружной суд ошибся — тем более явно… КОНЕЦ ЦИТАТЫ

Тут много интересного со стороны правового ликбеза.

То есть, суть диссента, конечно, прозрачна и малоинтересна: судья Джексон хочет позволить низшим судам вставлять палки в колеса Трампу, и гори огнем твой третий Рим.

В диссенте об этом много-много страниц, и главный тезис там — что судья Джексон была бы лучшим Президентом, чем Трамп. Что вполне возможно, но для этого ей нужно уволиться из суда и начать избирательную кампанию, а не работать Президентом из зала суда.

Чтобы ее диссент был продуктивным, судье Джексон нужно было не просто рассказывать о том, что Трамп плохой, но найти какие-то правовые основания для того, чтобы дать окружному судье карт-бланш. И всё, что она смогла соорудить — это аргумент, что высшие суды не должны бить окружных судей линейкой по пальцам, потому что высшие суды «далеки от фактов и доказательств».

У этого аргумента в принципе есть ноги, но, увы, это — ноги какого-то другого животного.

Вкратце, мы в правовой системе пытаемся как-то разделить зоны ответственности. Каждый орган получает ту власть, для которой у него лучшая институционная база. Например, окружные суды рассматривают факты дел. Окружные судьи вживую видят поведение людей: сторон, свидетелей, сюрприз-шмурприз, слезы, запутанные показания, Перри Мейсон, тысячи страниц документов и так далее.

Поэтому у окружных судей есть институционное преимущество в определении фактов дел. Когда окружной судья (или присяжные) определяет факты в суде, апелляционные судьи эти факты почти не пересматривают. Они притронутся к фактам, только если в решении окружного судьи есть что-то невероятное.

И в этом есть смысл: апелляционные судьи не видят живых участников процесса и не читают все эти документы. Они рассматривают только вопросы законов, а не вопросы фактов.

Так вот, судья Джексон говорит: в этом деле оружной судья установил какие-то факты, и мы не должны совать наш длинный нос в эти дела. Мы должны принять его факты как факт.

Но это не так. Напоминаю, что вопрос сейчас стоит только о временной заморозке Президентского Указа. Полноценного судебного процесса еще не было. Не было полного обмена доказательствами, допросов, Пери Мэйсона, и т.д., которые могут длиться годми. Никаких фактов окружная судья еще серьезно не устанавливала. Она написала только свои предварительные впечатления на основании срочной петиции и крайне ограниченных доказательств.

На этой стадии у окружного судьи нет институционного преимущества в поиске фактов.

Поэтому апелляционные суды активно вмешиваются в такие предварительные решения.

Кроме того, многое из того, что написала окружная судья — это не решения по установке фактов, а решения по анализу законов или смесь того и другого, а в анализе законов институционное преимущество именно у апелляционных судов.

Поэтому судья Джексон ошибается. Вернее, не ошибается, а ее оправдание для своих политических предпочтений шито белыми нитками.

Это оправдание настолько слабое, что даже либеральная судья Сотомайор решила его открыто критиковать. Сотомайор присоединилась к большинству (согласилась разрешить Трампу начать перестройку федеральной бюрократии) и объяснила это так: «Я согласна с судьей Джексон, что Президент не имеет права перестраивать федеральные агентства в нарушение мандата, выданного ему Конгрессом… Но в данном случае Указ Президента предписывает агентствам планировать реорганизации и сокращения численности «в соответствии с применимым законодательством»… Сами планы на данном этапе не представлены в этом Суде, и, таким образом, у нас нет возможности рассмотреть, могут ли они и будут ли они выполнены в соответствии с ограничениями закона».

Кстати, в апреле Верховный Суд уже разрешил администрации уволить тысячи сотрудников, находящихся на испытательном сроке. То решение было 7-2, в диссенте — судьи Сотомайор (назначена Обамой) и Джексон (назначена Байденом).

Катя Литвак