Между вымыслом и жизнью

Алла Ходос — автор трех сборников стихов и рассказов и прозаической книги “Переход”,

в которой собраны работы Марины Золотаревской и Аллы Ходос. Окончила филфак Белорусского Университета. Редактор литературного альманаха “Образы жизни”, выходящего в бумажном и сетевом вариантах (оbrazyzhizni.com).

Живет в Сан-Леандро.

 

 

***

А. К.

 Города растут из камня,

пепла, стужи, лихорадки.

Города растут на грядке,

на костях и черепах,

на воркующих бульварах,

на разумном беспорядке,

и ползут в тысячелетье

наподобье черепах.

Скоротечны и комичны,

Чарли, Робин или Вуди,

и еще другие люди,

и, возможно, мы с тобой,

добежим до остановки,

задохнёмся и забудем,

для чего мы здесь бежали

по дорожке горевой.

И, уставясь в бесконечность,

Пётр, взнуздав коня, промчится,

и Евгений удручённый

незаметно прошмыгнёт.

У гранитных парапетов

изнурённая волчица

не увидит, как монета

чья-то в воду упадёт.

 

***

 

Сон, упрячь  мою боль

в шкаф, где скелет и моль,

крепкий еще костыль,

на внутреннем зеркале пыль.

И пускай  вся семья

дремлет, тайны тая.

В бессловесной тиши

слышится вздох души.

 

Подруги

Две тощие немолодые тоски.

Их старые шутки.

В пережитом наспех,

как в горле куски,

веселья минутки.

У Валентины

Родня на руках.

У Веры любимый.

И письма у каждой на чердаках.

Уют нелюдимый.

Прозрачные тайны.

Зарытый талант.

Локальные войны.

Ребенок, один на двоих,

лейтенант.

А жизнью — довольны.

 

***

 А. К.

Какой же не любит полёта, езды

татарин, мордвин,

Березовский, Бжезинский!

Лететь или ехать без цели и мзды —

преодолевать потолок этот низкий!

Свой дом за углом приберечь на потом,

потомкам оставить или кредиторам,

которые, может, сломают твой дом!

Бродить по чужим потолкам, коридорам.

Вот Франца тревожного щупальце-след.

Пыльца Ниобеи лежит как побелка.

Умчаться бы в то хорошо, где нас нет!

Вот жизнь,

вот права, вот удача, вот сделка!

 

Из цикла «Летучий Сан-Франциско»

1

 Воздухоплавание

Я за веревочку тяну тебя к себе поближе.

Над головой моей ты так задумчиво плывешь.

Ах, дорогая, нет, я не унижен, не обижен.

И ты не думай, что на привязи живешь.

Но иногда и ты спускаешься на землю.

И в это время я взмываю к потолку.

Ты мне кричишь: посторожней там, – но я не внемлю.

Теперь я чувствую, как сильно я тебя влеку.

Мы понимаем, что любовь –  веревочка простая.

Ужасно прочная, ужасно прочная, ужасно проч…

Держись, бесстрашная. Но, кажется, светает.

Мы просто, за руки держась, летим сквозь ночь.

2

Улица Ломбард

Улица вьется как прядь.

Пойдем же, за пядью пядь.

Если к миру имеешь претензии,

Взгляни, как цветут гортензии!

В прическу воткнув азалию,

Поддерживай жизнь за талию.

Машины  плывут в цветах.

Скажи этой жизни: ах.

И пусть катафалк плывет,

Ведь  рядом душа живет.

3

Тоска похожа на ужа.

Она ползет по улице Дивизадеро.

Бездомный, голову прижав

к тележке, спит,

подругой пьяною избит.

Не сострадание, не вера,–

лишь жизни ржа

распоряжается судьбой бомжа.

4

Три мамы шли и девочек несли.

В седых платанах пряталось ненастье.

Взметнулись, оттолкнувшись от земли,

из мусора  и листьев  корабли.

Летать

прилаживалось  счастье.

5

Счастье, рвущее нас на части,

Склеивает само.

Будешь, как новенький.

Ко всему  готовенький.

За исключением одного.

6

Кареглазая осень-прелестница!

Наша радость остра,

как иголка в стоге забот.

Вьется  дым от костра,

будто лестница,

к неизвестности переход.

 

***

 

Я разлюбила толчки, измененья,

рок и судьбу. Приношу извиненья.

Я приучилась мучений стесняться,

не до конца разучившись бояться.

Даже смеяться в страданий пучине

я научилась (ура дурачине!)

Всё потому, что сквозь страх свой  неглавный

я так люблю переход этот плавный

к жалости старой, от слёз раздобревшей,

долгой, как дождь над разбитой скворешней.

                              

***

  Ю.

 Разговор — это воздух.

Мы дышим словами.

Мы бросаем прозрачные в небо слова.

Это светлое облако над головами,

то в обличье мужчины, то девы, то льва, —

слов летучих (о чём же? Нам это неважно),

слов летучих сгущенье и мыслей поток,

превращенье того, что случается с каждым,

в то, что только однажды

блеснёт между строк.