Интеллигентный мальчик

Рассказываю в надежде на истечение срока давности.
15 лет назад было…

В ту пору мы жили совершенно в другом месте, метрах в двухстах от нынешнего.

На этаже было всего по две квартиры, и там нам были ниспосланы необычные соседи.

Ну, то есть, их нельзя назвать необычными для Израиля, просто ультрарелигиозные семьи, как правило, живут в соответствующих районах, где никому из соседей не придет в голову в субботу послушать «Рамштайн» или (свят-свят-свят) включить пылесос.

Это была довольно молодая семья – ​лет им было по 35 или меньше, и было у них 9 (девять) детей. Все мальчики-погодки, черненькие, как тараканы, и отличавшиеся друг от друга только размерами.

Сосчитать их было делом непростым по причине чрезвычайной их подвижности и постоянного перемещения относительно друг друга, но независимая экспертная комиссия, после скрупулезных наблюдений, утвердила число 9 (девять).

Пути дислокации всего этого личного состава на территории квартиры неисповедимы, но это к делу отношения не имеет…

Никаких конфликтов у нас никогда не возникало – ​мы, разумеется, не делали ничего «назло» и не сверлили по субботам стены, но и никак себя особенно не ограничивали, например, принимая гостей.

Встречаясь со мной в подъезде, он вполне дружелюбно здоровался, а вот завидев в конце лестничного марша мою жену, выкидывал вот какую штуку: мгновенно вскидывал руки, закрывая ладонями глаза, и резко поворачивал голову в сторону (оставалось только через плечо поплевать).

Жене поначалу было очень не по себе… Я не профессионал в деле оценки мужской красоты, но, на мой взгляд, он был очень привлекателен – ​высокий здоровый мужик. И… рожу воротит…

Бoльшую часть красоты, правда, скрывал сплошной волосяной покров – ​космы, пейсы, усы и борода… Да и разнообразием костюмов сосед не баловал – ​черные брюки, лапсердак, шляпа и белая сорочка.

Жена его, разумеется, не работала, из дому выходила редко – ​я видел ее несколько раз мельком. Проходила, высоко подняв голову… Детишки тоже не здоровались ни с кем и никогда.

И вдруг… произошло невероятное… Он ее оставил…

Это событие абсолютно не вязалось с моими представлениями о нравах в этой среде. Но вот, оказалось – ​ничто человеческое им не чуждо.

Прошел год… По-видимому, у нее, привыкшей к хронической беременности, в психике произошли какие-то подвижки – ​она стала вести себя не слишком адекватно.

Лихо опорожняла мусорное ведро из окна третьего этажа, выплескивала оттуда же емкости с водой, бешено орала на детей…

Однажды ранним субботним утром… Обычно, если нет заранее оговоренной программы, я сплю. Долго.

Жена с дочкой крикнули мне, что едут на море, и я услышал звук отъезжающей машины.

Но, скорее всего, факт их отъезда был зафиксирован не только мной – ​минут через десять послышался настойчивый стук в дверь. (Нет-нет, детей можно не уводить – ​ни порнухи, ни даже легкой эротики не предвидится).

Быстро оделся и открыл…

О, эту улыбку я не спутаю ни с чем – ​хорошо помню некоторых маминых пациентов. Улыбка безумия…

Соседка не стала ничего говорить о причинах визита, а, воспользовавшись моей растерянностью, сделала изящный финт корпусом и просочилась внутрь. В салоне она запросто уселась на диван и попросила воды. Именно это почему-то поразило меня больше всего – ​наша посуда была для нее некошерна. Но, пробормотав над стаканом заклинание, воду все-таки выпила.

– Послушай, я должна тебя что-то спросить, – ​заговорила она, – ​я все время слышу через эту стенку мужской голос…

– Ну, – ​попробовал я разрядить обстановку, – ​это вполне логично, я здесь живу и иногда разговариваю.

– Нет… Я вижу какие-то картины и слышу… Скажи мне, – ​было видно, что она на что-то решилась, – ​ты меня однажды изнасиловал?

Я почувствовал, как пол медленно едет у меня под ногами…

– Ээээ… нет, ты ошибаешься, – ​пробормотал я.

– Но я видела тебя у себя под кроватью! – ​горячо воскликнула гостья.

Помню совершенно идиотские обрывки мыслей: почему под кроватью? зачем под кроватью? ну и что, что под кроватью?

Мне стало очень не по себе – ​не знаю, как где, а в Израиле достаточно заявления женщины…

– Не бойся, – ​как будто прочла она мои мысли, – ​я не пойду в полицию, я только хочу знать, было это или нет…

Я держался стойко, как партизан, и даже не очень помню, каким образом сумел ее выпроводить…

Спустился этажом ниже, там жила очень интеллигентная женщина, в прошлом преподаватель Гнесинки, с двумя взрослыми дочерьми. Она выслушала мой сбивчивый рассказ.

– Валера, вы только не волнуйтесь, – ​успокоила она меня, – ​если что, мы все, как одна, пойдем в полицию и скажем, что живем рядом уже восемь лет и ни одной из нас ни разу не повезло так, как ей…

Недели через две я столкнулся с давешней гостьей у почтового ящика.

– Извини за то, что было в тот день, – ​сказала она тихонько.

– А чё было-то? – ​ушел я в несознанку.

– Извини…

Прошло еще полгода… И… нашелся подвижник из той же среды, который на ней женился…

У них родился еще один мальчик… В полтора года он уже бегал и говорил.

Как-то мы подъехали к дому, вышли из машины, он пробегал мимо.

– Шалом! – ​звонко выкрикнул новый сосед.

– Смотри, – ​сказал я жене, – ​интеллигентный мальчик. Наверное, все-таки мой…

Израиль

Валерий АЙЗЕНШТЕЙН