«…И жизнь, и слезы, и любовь…»

«Пожалуй, вы согласитесь, что годы существования поэтического издания, а перед вами 24-й (!) ежегодник, – это целая жизнь, наполненная любовью к поэзии. Невольно задумываешься, почему поэтическая форма передачи мыслей, эмоций, настроений так привлекает людей. Не потому ли, что стихи помогают выскользнуть из повседневной жизни с ее суетой и заботами туда, где нет времени, где мгновение остановлено, независимо от того, прекрасно оно или нет? А может, напротив, стимулом, рождающим стих, служит желание вмешаться в эту самую повседневность, эпатировать или взбудоражить ее?

Жизнь многолика. Все зависит от того, в каком ракурсе мы находимся с той или иной ее гранью. Ракурс меняется. Так мы узнаем, что такое эта «наша жизнь», и так рождается стих».

И действительно, стихи, представленные в «Альманахе», стихи людей разных поколений и разных мировоззрений, разных по темпераменту и таланту, с различным поэтическим опытом, подтверждают эту многоликость. Одна и та же тема у разных авторов неожиданно открывает читателю новые смыслы или обогащает его восприятие новыми оттенками. А темы – вечные: любовь, одиночество, ностальгия, поиски вдохновения и смысла жизни, ее полдень и закат. Собранные под одной обложкой, стихи неожиданно создают впечатление музыкального многоголосья, в котором каждый отдельный голос ведет свою самостоятельную мелодию. Не хочу разрушать эту музыку критическим анализом, ведь каждый из нас воспринимает ее по-своему. Я только позволю себе привести несколько цитат из этого многоголосья, и пусть, открыв «Альманах», читатель сам оценит и выберет стихотворение по душе и по настроению. Настроение меняется, и можно не раз возвращаться к сборнику и находить там новую поэтическую мелодию.

 

Неслышно цветок шелестит лепестками,

беспечное небо сияет над нами

и плещет на Землю заоблачный свет…

 

Под ним исчезают

печали, обиды,

разлуки тоска

и долгов толчея…

И только цветет,

невредим и невидим,

отважный цветок на холсте бытия.

Ирина Алексеева «Про любовь»

 

Ирина Скайлар сообщает, что вернулась к стихосложению после долгого перерыва, и радует читателя зрелым стихотворением:

 

За всё приходится платить:

За хлеб – рублем, за смех – слезами,

И за саму возможность жить

Под голубыми небесами.

 

За миг рожденья – жизнью всей,

Порою прозвищем – за имя…

И отчуждением друзей

За нежеланье встречи с ними…

 

И все-таки не жаль и кровь

Отдать в счет долга, что тревожит…

Платить любовью за любовь,

Чем бескорыстней, тем дороже.

 

Ирина Скайлар

 

Ответ на это слышится мне в стихотворении-наставлении мудрого отца-основателя «Альманаха»:

Не обязательно любовью – на любовь,

Бывает и ненужною награда.

Но равнодушьем отвечать не надо,

Не презирай, не смейся, не злословь.

 

Щадящим будь, великодушным будь.

И благодарным – ты же чудо видишь!

Но если ты любил когда-нибудь,

То сам того, кто любит, – не обидишь.

 

Илья Фридлиб

 

Мне хотелось подобрать стихи-цитаты для каждой обозначенной мною темы, но я вдруг поняла, что это все – снова о любви. Судите сами:

 

На улице моей

нет больше тополей…

 

Вгрызалась в них пила…

Не умысел, не рок:

засохли тополя –

всему приходит срок…

 

О, листьев терпкий дух,

знакомый с детских лет!

О, тополиный пух,

в листве игравший свет…

 

Живая дрожь листка…

Строй тополей, приснись!

Была душе близка

их царственная высь.

 

Я улицу мою

без них не узнаю.

 

Николай Сундеев «Без тополей»

 

Бунинские интонации слышатся мне в стихах коренного сибиряка Михаила Сальникова, наполненных тихим мелодичным звоном, запахами и красками осени:

 

Шепот ветра… Золото лесов,

Легкая дремотная прохлада,

Торжество синичьих голосов

В ветках засыпающего сада,

Шорох облетающей листвы,

Холод перламутровых рассветов,

В огородах дымные костры –

Верная осенняя примета…

За ручьем сосновые боры.

В них витает запах горьковатый

Грустной, но пленительной поры, –

С чуть приметным привкусом утраты.

 

Читательское внимание привлекут полные юмора стихи Иосифа Шапиро, а также современная интерпретация известных латинских выражений, остроумно сделанная Георгием Фрумкером.

В поэтическом многоголосье «Альманаха» ясно различима еще одна разновидность любви – к Слову и к родному языку.

 

Моя душа, как водопад, –

Срывается навстречу звуку…

 

признается поэтесса Елена Тэкс и раскрывает секреты своего творчества:

 

…А кто-то пробует со мной

Сыграть в игру и дарит слово…

Его ловлю я, и готова

За ним, как в омут – с головой.

 

А другая поэтесса осваивает новый, но, как оказывается, узнаваемый ею язык:

 

…Все сплелось. И усилий не делаю –

Расплетется, притрется само.

Вспоминает рука право-левое,

Ей присущее древле письмо.

Жду: прорвется и хлынет радостно

Как вода в пересохший арык,

Архаический и арахисовый,

Вязко льнущий к гортани язык.

 

Марина Симкина «Всё сплелось»

 

Но не всегда стихосложение – игра со словами. Бывает, как утверждал Поэт, что «строчки с кровью убивают». Об этом размышляют и авторы «Альманаха».

 

…Начинается с пьяного пира

И плетенья веночков из лоз,

А кончается драмой Шекспира,

Где актер погибает всерьез.

Начинается с пляски по кругу,

Возлияний на белой скале,

А кончается зимнею вьюгой

И свечой, что горит на столе.

 

Александр Городницкий «Поэзия»

 

Печальная самоирония – частая гостья в пронзительных стихах талантливого Мартина Мелодьева:

 

На задворках изящной словесности

Пребывая в изящной безвестности,

Никогда и не бывшему зычным, –

Так и кончится: русскоязычным.

Всё равно, за границею, нет ли.

Там, где свяжутся мертвые петли.

 

Или вот еще:

 

…От Нью-Йорка до Калифорнии,

колокольнями – облака.

Нота Бене, скажи: легко ли мне?..

на земле валять дурака.

 

Мартин Мелодьев

 

Жизненный и творческий опыт каждого пишущего человека уникален. И, как верно заметил профессор-славист из Стэнфордского университета Лазарь Флейшман, всегда есть люди, которые в поэзии находят интеллектуальный вызов. Среди авторов «Альманаха» это, на мой взгляд, кроме упомянутого Мартина Мелодьева, Александр Немировский, чей стих завораживает своеобразием ритма, непредсказуемыми сравнениями – прочитайте его «Сентябрь в Палмеле»! Я не хочу рвать это стихотворение цитатами, его надо читать целиком. К этому ряду я отношу и стихи молодого поэта Александра Романовского. Все трое абсолютно не похожи друг на друга, и это дает читателю возможность выбора своего фаворита.

Настраивает мысль читателя на серьезный лад тихая печаль стиха Анатолия Аврутина:

 

Шагаю…Безумно устали ноги

За тысячи верст пути.

Шагаю…Но даже в конце дороги

Не знаю, куда идти.

……………………………………..

Когда же, с дороги свернув в аллею,

Сползу, ухватясь за ствол,

Обмякну… И вряд ли уже успею

Подумать, куда я шел…

 

Анатолий Аврутин

Всплеск трагической музыки – это стихи, посвященные Саше Зевелеву. Они вторгаются в наше многоголосье и заглушают общий хор. Поэт, бард, светлый человек, чьи стихи много лет были украшением «Альманаха», радовали его читателей и слушателей, внимавших им на презентациях и на полянах у костров, заставляли сопереживать, грустить и смеяться – он безвременно ушел из жизни.

 

С. Зевелеву

Когда уходит поэт,

По-другому звучат его строчки.

В них слышится мелодия точки,

Даже если ее там нет.

 

Неважно, что это: глупость,

отказ здоровья,

Петля ли, рука с пистолетом…

Слова, оттененные кровью,

Падают, не промахиваясь при этом.

 

Нам, оставшимся, теперь грустить

Строфами, утыканными по перышки.

Надеяться, что успел простить.

Читать и перечитывать,

что уж там еще?..

 

Александр Немировский

 

Моему другу

A.Z.

…Мы встретились очень рано.

Гуляли вдоль океана.

За кофе в любимой «Башне»

Ты стих мне читал вчерашний –

Талантливый и искусный,

Чуть-чуть философски-грустный,

С лукавинкой очень милой.

Я помню и запах ила,

И пены густые клочья.

Мир выглядел очень прочным.

Надежным, как эти скалы.

А в среду тебя не стало…

 

Римма Гольдман

 

В этом печальном ряду есть еще одно стихотворение, посвященное художнику, много лет дружившему с поэтами «Альманаха» и ушедшему в 2017-м.

 

На смерть художника

П. Тайберу

Засохли краски.

Вывезли холсты.

В передней толпы.

У сказки

Наступил конец. Листы

Перевернулись. Том захлопнут.

Перемолчать. Слова сейчас пусты.

 

Наступит день. Рванутся чайки клином.

За океаны. И пойдет молва.

Пожать бы руку. Встретиться в гостиной.

И, наплевав

На запрещения врачей,

Кутить. Опущены с повинной

Глаза. Мир продолжается. Теперь уже ничей.

 

Александр Немировский

 

Хочу закончить этот далеко не полный обзор на светлой ноте – стихотворением, написанным во время совпадения первого дня Хануки и Дня благодарения. В нем мне слышится Благодарность за чудо Встречи, за счастье любви и дружбы, за радость, которую дарит вдохновение.

 

А мне вот это совпаденье –

открывшееся вновь прозренье

к Благодаренью.

 

Я воспеваю Благодарность

К свече,

что нам свою янтарность

Дарит,

как подтвержденье Чуда,

 

И я беречь, конечно, буду

Привычки эти и законы,

 

И шамесу-свече

поклоны

Через себя я пропускаю,

Свечой горю

и сердцем таю,

И –

в Благодарность улетаю…

 

Лина Соминская

Людмила ЛУКОМСКАЯ