«Гуманист» по имени Дьяб
В бразильской истории, где федеральный суд по требованию пропалестинского фонда HRF санкционировал расследование против израильского туриста на том лишь основании, что он служил в ЦАХАЛе, имеет свой подтекст.
И состоит он в том, что любой арабский антисемит при наличии определенной суммы денег способен сломать жизнь пусть не всему Израилю, но каждому из его еврейских граждан.
Причем, при полной поддержке и непосредственном участии прогрессивного человечества. И бразильская история – абсолютное тому подтверждение.
Фонд любви и террора
На сайте Hind Rajab Foundation, который стоит за бразильской истории, приводится слезливая история о том, что свое имя он получил по имени несчастной палестинской девочки по имени Хинд Раджаб, смерть которой так потрясла борцов за светлое будущее Газы, что они немедленно решили основать фонд в ее память. С тем, чтобы строить мир, вести народы к процветанию и карать ответственных за геноцид.
Так как с первыми двумя пунктами все заведомо плохо, то решили сосредоточиться на последнем.
Фонд HRF был зарегистрирован в Брюсселе в сентябре 2024 года – через 9 месяцев после смерти Хинд Раджаб. Но история с гибелью девочки, которая стараниями мировых СМИ, вроде Euro-Med HRM, The Washington Post, Sky News превратилась чуть ли не в главную утрату человечества (из публикаций можно было понять, что целая танковая бригада была отправлена умышленно убивать юную палестинку), – чисто вставной номер. Как и сам фонд HRF.
На самом деле HRF – это лишь ответвление известного пропалестинского (точнее антисемитского) движения March 30 Movement, которое специализируется на юридических исках к Израилю, подачах жалоб во все возможные инстанции, включая МУС, а также организации кампаний по демонизации еврейского государства.
Только в ноябре фонд обратился в Международный уголовный суд с просьбой выдать ордера на арест примерно 1000 солдат Армии обороны Израиля – на том основании, что те защищали свою страну.
«Гуманист» по имени Дьяб
За обоими антиизраильскими структурами стоит человек по имени Дьяб Абу-Джахджа (Dyab Abou Jahjah) – уроженец Ливана, боевик террористической организации Амаль, а затем Хизбаллы, который перебравшись в Европу был признан борцом с расизмом, великим правозащитником и пр.
25 лет от роду Дьяб скоропостижно женился на бельгийке, с которой столь же скоропостижно развелся, получив гражданство. Спустя короткое время он нашел в Бельгии правоверную с марокканскими корнями, которую обернул в паранджу и почувствовал себя счастливым.
Вместе с супругой и ее братом он учредил организацию Safe Have Aid, где слово “аид” если и имеет отношение к евреям, то не дай бог.
Параллельно он стал пописывать книжки, в том числе автобиографические, где не жалел красок для живописания своих заслуг на ниве гуманизма. Пиар зашел, как по маслу: Европе нужен был положительный образ трудящегося Востока – и Дьяб его преподнес на блюдечке с известно какой каемочкой.
Он стал вхож в модные салоны и студии ТВ, получил степень почетного доктора, в том числе в Католическом университете (UCL), возглавил иммигрантский отдел Бельгийской конфедерации профсоюзов.
Свою популярность почетный доктор научился успешно монетизировать. Он стал международным директором компании IUPFP, созданного соратником аятоллы Хомейни, заработал первый миллион, за ним другой, третий…
Но сердцу ж не прикажешь. А сердце оно там, где бьют сионистов, спасая человечество. В 2000 году Абу-Джахджа основал Арабскую европейскую лигу (AEL). На выборах 2003 года AEL объединилась с Марксистско-ленинской рабочей партией Бельгии, но не получила ни одного мандата.
Однако Абу-Джахджа не унывал: он основал Комитет Сабры и Шатилы, который сходу подал иск против Ариэля Шарона “за его предательскую роль в геноциде ливанского народа” (а как вы думали, до Газы не было сионистского геноцида?!), но в то время Европа еще не дозрела до такого рода демаршей.
В Европе предпочли не замечать и речей Абу Джахджа по поводу резни 11 сентября 2001 года. Вы только вслушайтесь в эти слова:
“Большинство из нас … почувствовали в тот день что-то, что нельзя описать как радость или счастье, а скорее – как сладкое чувство мести. У всех нас, за исключением небольшого меньшинства, было отношение “что посеешь, то и пожнешь”, но теперь, после одиннадцатого сентября, мы видим вещи яснее…”
Разумеется, все это он повторял и 7 октября 2023 года. И про чувство глубокого удовлетворения. И про “посеешь-пожнешь”, и про то, что “насилие порождает насилие”.
А еще про то, что для евреев есть простая альтернатива la valise ou le cercueil (чемодан или гроб), но лучше гроб.
“Сопротивляться оккупантам и колонизаторам постоянно и без колебаний. Всеми необходимыми и доступными средствами, и самое главное, вооруженной борьбой – до его изгнания с нашей земли навсегда и безоговорочно”, – писал он.
А еще говорил и продолжает говорить, что шариат станет сменой демократического процесса…
То, что Европа восторгается Дьябом и считает его тем, кем считает, – дело самой Европы. Ей с ним жить и идти в светлое шариатское будущее. Нас же, как было сказано в самом начале, волнует то, что каждый ненавистник с Израиля с деньгами (а таким несть числа) способен делать все, что захочет, не встречая никакого сопротивления со стороны полезных идиотов – будь то суды, правительства, международные организации или целые государства. Причем, государства, все еще считающие себя цивилизованными…
Макс Лурье