Две концепции Израиля и война между ними

Сторонники первой концепции хотят национальное государство в котором можно спокойно жить, такое же как Бельгия или Швеция, но еврейское.

Для этой концепции Иерусалим, собственно, не нужен. Храмовая гора лишь создает лишние проблемы. Говорят, что Моше Даян обозревая Храмовую гору 7 июня 1967 года произнес фразу: “Зачем нам этот Ватикан?» И эта фраза является квинтэссенцией мировоззрения части израильского общества которую мы обозначаем “Израиль без Иерусалима” Сторонники этой концепции не отвоевывали бы Иерусалим, если бы арабы не напали в 1967 году.

К этой же части относятся и харедим. Харедим прочно держаться идеи жизни в галуте, и даже признание восстановления власти Израиля над Иерусалимом, над Храмовой горой, для них разрушительно. Они не хотят признать, что галут закончился, ибо это крах их устоявшегося и привычного мировоззрения.

Естественно, что страстным, если не сказать паническим, желанием доказать, что Иерусалим не должен быть под властью Израиля охвачено и мусульманское общество.

Термин “границы 1967 года” означает именно возврат к ситуации, когда Иерусалим не был под фактической властью Израиля. Естественно, линии перемирия 1949 года никакими границами никогда не являлись (о чем прямо указано в соглашениях о перемирии), и юридически нет никакой разницы между территориями Израиля отвоеванными в 1948-49 и в 1967 годах. Вообще никакой. Вся эта риторика по поводу “границ 1967 года” относится лишь к желанию вернуть ситуацию, когда Иерусалим не был под властью Израиля.

Итак, концепция “Израиль без Иерусалима” поддерживается тремя большими течениями:

1) Исламский мир, боящийся признать факт возвращения Израиля в Святую Землю.

2) Большая часть атеистического и левого слоя израильского общества, для которой мессианская идея кажется мешающей планам жизни в мирном светском комфортном государстве

3) Харедимное (ультраортодоксальное) общество упорно стремящееся продолжать жить в галуте.

Конечно, эти три группы не любят друг друга, но их тактические цели совпадают, все они хотели бы избавиться от той проблемы, которую создает наличие фактической власти Израиля над Иерусалимом и Храмовой горой.

И поэтому политика арафато-хамасовцев вызывает симпатии тех, у кого, на первый взгляд, вроде бы, симпатий вызывать не должна.

“Израиль с Иерусалимом” состоит из

1) Вязаных кип – религиозных сионистов, и близких к ним израильтян, в том числе части не религиозных правых

2) Некоторой части западных христианских протестантских групп, поддерживающих идею восстановления Храма, – традиция уходящая корнями к крестоносцам

Таким образом, внутри-израильский конфликт и внешняя война по сути представляют собой один и тот же конфликт двух указанных концепций. И, имхо, это объясняет некоторые вещи, которые иначе кажутся странными, например, солидарность израильских левых с концепциями анти-израильских исламистов “два государства для двух народов” или “возврат к границам 1967 года”

Также можно сказать, что вопрос о Иерусалиме является наиболее очевидной “лакмусовой бумагой” для определения политической позиции внутри и вне Израиля: допустим ли Израиль без Иерусалима или нет?

Да, и, кстати, с этой точки зрения понятно, что резолюция ГА ООН № 181 от 29.11.1947 года, вопреки распространенной точке зрения, была анти-израильской, равно как и позиция отцов основателей государства Израиля, которые не отвергли эту резолюцию достаточно четко и прямо.

И настоящее возрождение Израиля начнется с четкой и прямой официальной (обязательно официальной) констатации Государством Израиля: народ Израиля вернулся для восстановления Храма, и будет противодействовать всяким попыткам (и политическим и военным) этому помешать.

В Газе мы воюем, в первую очередь, с теми, кто хочет изгнать израильтян из Иерусалима и не допустить восстановления Храма. Это основная причина войны, остальное – следствия.

Виктор Агеев