Де Билл, не гони лошадей!

Наш новый градоначальник, социал-демократ Билл де Блазио, который ест пиццу вилкой, такой левый, что его нужно прозвать Красный Билл. Злые языки из русских даже переиначили его в Де Билла.

Красный Билл – не русский и поэтому не любит быстрой езды. Во всяком случае, на лошадях. Придя к власти, Барак Обама первым делом собирался закрыть Гуантанамо. Де Блазио объявил, что первым делом выгонит из города лошадей, которые возят коляски с туристами и базируются в Центральном парке.

«Мы быстро и напористо примем меры к тому, чтобы коляски на конской тяге перестали быть частью нашего пейзажа, – заявил Красный Билл в прошлый понедельник. – Они негуманны. Они не вписываются в 2014 год. Хорошенького понемножку!».

Когда после революции в России перешли на конину, кулебяки прозвали «кобыляками». Вынося угощение, хозяйки шутя объявляли: «Лошади поданы!». Горожанин Красный Билл видит в лошадях не конину, а гонимых живых существ и хочет покончить с их эксплуатацией. Поэтому он не прикажет их забивать и продавать в мясные лавки, а просто выставит из вверенного ему города.

Идея в том, чтобы заменить коляски на конской тяге, которые гуртуются в Центральном парке с 1858 года, электроавтомобильчиками, любезными сердцу наших красных.

Беда в том, что единомышленники Красного Билла закрыли в США все конские бойни, и манхэттенских лошадок придется везти на убой в Канаду или Мексику, где их пустят на стейки и колбасу. Хотел как лучше, а получится как всегда, и даже хуже.

Поскольку манхэттенская лошадь – это животное знаковое, часть из них возьмут к себе конюшни в других местах. Но они не резиновые, и поступление новых лошадок неизбежно приведет к вытеснению части старых, которым купят билет в одну сторону до Канады или Мексики.

Конный парк Центрального парка состоит примерно из 200 лошадей. Содержать их в городе – это большой расход, достигающий нескольких тысяч в месяц.

В Нью-Йорке 4 больших конюшни с просторными стойлами, круглосуточной обслугой и изысканными противопожарными системами. За конюшнями надзирают пять разных городских ведомств и активисты «Американского общества по предотвращению жестокости к животным».

Рабочая смена не должна превышать 9 часов. В мороз лошадей полагается облачать в теплые попоны, а в ливень – в дождевики. В жару работа прекращается. Лошадям полагается два ежегодных медосмотра, хотя большинство видятся с ветеринаром по четыре раза.

Обязательные отпуска у них, как в Европе, – они должны проводить на пастбище по меньшей мере 5 недель в год. Короче, шоб мы так жили.

Но профессиональные борцы за права животных, то есть могучая кучка зажиточных горожан, которые в жизни не ступали в коровью лепешку, все равно требуют освобождения лошадей из-под кучерского ярма.

Поскольку они с де Блазио из одной тусовки, манхэттенским лошадям будет подписан смертный приговор. Красный Билл разорит своим декретом их хозяев, то есть малых бизнесменов, за которых с понтом стоят наши красные.

Я читал про Стивена Малона, владельца одной коляски и двух лошадей, который занимается этим промыслом 26 лет и кормит им жену и троих детей. До него им занимался его батюшка, эмигрировавший из Ирландии, где четыре поколения Малонов были до него кузнецами.

«Можно сказать, лошади у меня в крови», – говорит 44-летний Малон, который ничего больше не умеет. «Украсть мой бизнес, забрать у меня лошадей – это против конституции, это не по-американски!» – возмущается он.

Лошадники Центрального парка готовятся бороться с наездом Де Билла по-американски: они скидываются на адвокатов, которые опротестуют его эдикт в суде.

Они также апеллируют к общественному мнению, напоминая, что у нас в городе безработица и так достигает 8,9%. Это ничто по парижским меркам, но ненормально много по американским.

Беда в том, что наша общественность только что избрала Красного Билла городским головой чудовищным большинством голосов.

Де Билл, не гони лошадей.

Владимир КОЗЛОВСКИЙ