Карлики и великаны (литературный обзор)
И те и другие — популярные персонажи фольклора, народных сказок. Как правило, это не очень приятные в общении создания. Великаны — это злые, но глуповатые людоеды, их легко обмануть. Вспомним Полифема, которого обхитрил Одиссей (как мы выражались в далеком дворовом детстве, взял у него глаз на анализ). В одной из адыгейских сказок куйжий (плешивец, аналог Ивана-дурака из русских сказок) обманом убедил великана в своем физическом превосходстве и заставил того таскать себя на шее, при этом колол шилом в шею за нерасторопность.
До сих пор перечитываю этот сборник, подаренный когда-то родителями. Сказочные карлики всегда хитрые, лживые и лицемерные, как нибелунг Миме, кузнец по профессии и злодей по призванию, из оперного цикла Вагнера на основе средневекового европейского эпоса: «Удар — он блещет, Нотунг верный,/ И Миме, карлик лицемерный,/ В смятении падает у ног!», Александр Блок. Правда, как говорил рассудительный Швейк, «иной мадьяр не виноват в том, что он мадьяр»: Гулливер побывал в странах, где все население сплошь великаны или лилипуты, там встречались ему и неплохие персонажи. Описаны в литературе также случаи, когда опрометчивые мальчуганы были превращены злыми чарами в карликов. Это Нильс из повести Сельмы Лагерлеф, путешествующий с дикими гусями, и Карлик Нос из сказки Гауфа. Еще можно вспомнить Великана-эгоиста, дубину стоеросовую из сказки Оскара Уайлда, и пушкинского волшебника и волокиту Черномора, с которым чем-то схож старик Козлодоев из репертуара группы «Аквариум». Великаны встречаются и в растительном мире, например секвойи Генерал Шерман и Генерал Грант. У меня вырос в этом году в тесном ящике четырехметровый топинамбур, давший неплохой урожай. Вспомнились строчки Микеланджело в переводе Федора Тютчева: «Молчи, прошу, не смей меня будить./ О, в этот век преступный и постыдный/ Не жить, не чувствовать – удел завидный…/ Отрадно спать, отрадней камнем быть». Сейчас время, мягко говоря, тоже непростое, но мне не хочется становиться камнем, лучше стать баобабом и еще тысячу лет прожить, как описал Высоцкий: «И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь».
Иван СЕРБИНОВ
Саннивейл
