После молчания

Стихи из новой книги

***

Ты долго жил, оцепенев,
загнав эмоции в темницу.
Так выплесни – пора решиться! –
сарказм и слезы, смех и гнев…

Пусть, как подземные ключи,
они со всей пробьются силой.
Не выкрикнешь –
так прорычи
все, что зажал в себе уныло.

Проговори и проори
(на выход, радость,
страх и ярость!),
чтобы душа не застоялась
и кровь не стыла изнутри.

***

О чем ты плачешь, птица,
вечернею порой?
О том, что не продлиться
беспечности былой?

О том, что все на свете
идет и вкривь, и вкось?
О том ли, что столетье
со взрывов началось?

На пасмурной аллее
дышу тоской твоей.
А в небе все темнее,
и на земле темней…

***

…И чьи-то уста
тебе повторят опять:
– Оплакал отца,
потом ты оплакал мать…

Ты их отпусти.
Им больно, что ты так сник.
Ещё ты в пути,
иди. Но уже без них.

***

Туманной ночью так тревожно
перекликались корабли,
когда мы очень осторожно
с тобой
в сплошном тумане шли,

когда мы приближались к дому…
Все было преображено
и так текуче-незнакомо,
что заплутать немудрено.

О Господи, что будет с нами
здесь, на чужом краю Земли?..

При входе в порт
в густом тумане
перекликались корабли.

***

Какая б ни напасть –
спасай меня опять
стремленье не упасть,
уменье устоять.

Хотя и устаю,
и тяжесть на душе,
а все же – устою
на взятом рубеже.

Бой с тенью

С тенью бой.
Но представил, что бью
я не тень – неудачу свою,
и ударил с великой охотой
по ухмылке её криворотой.

Я воздал ей за всё.
Я, из сил
выбиваясь, её молотил,
позабыв про пощаду и жалость, –
чтоб она от меня отвязалась.

Измотав себя, как никогда,
не жалел ни усилий, ни пыла,
чтоб ушла от меня навсегда
и дорогу ко мне позабыла.

Прошлое

В череде потерь,
в отсветах удачи
многое теперь
вижу в нем иначе.

Где был тусклым свет,
появилась яркость.
Изменился ракурс
пролетевших лет.

Что в моем былом
высветится резче?
Под каким углом
я взгляну на вещи?

Прошлое смолой
застывать не станет,
вновь передо мной
чуть иным предстанет.

* * *

В этом городе, парящем
над дневною суетой,
словно бы ненастоящем
рядом с вечною водой,

в этом городе с чертами
Зурбагана и Гель-Гью,
с парусниками, мостами,
обретаю колею –

не чужую, а свою.

Хорошо, что занесло нас
в город словно бы из снов.
Я ему за окрылённость
многое простить готов.

Лишь бы только не померк
он в любом мазке и звуке,
пребывал и впредь поверх
приземленности и скуки.

* * *

Шмель, над цветком в саду гудящий…
Подумать только, сад,
хоть маленький, но настоящий,
как много лет назад…

Повисли над травой стрекозы,

До нас тут высадили розы
и пышные кусты,

и ежевику вдоль ограды…
Иных чудес не жду.
И одержим я, как когда-то,
работою в саду.

Ждал этой радости так долго,
о ней не позабыв…
Высокий праздник мой – прополка,
подрезка и полив.

Оленята

Мы на них неотрывно глядели…
Шли, шурша, по пожухлой листве
оленята,
чей возраст – неделя
или две…

Лес, всего повидавший на свете,
хрупкость их оттенял.
Как изысканны линии эти,
как изящны тела оленят!

Тонконогие, в пятнышках нежных…
Их неспешность проворство таит:
от тревог неизбежных
много раз убегать предстоит…

Мы из виду их не теряли
долго, сколько могли.
Опекаемые матерями,
растворялись они вдали.

Хрустнет вдруг под копытцем ветка…
Это вновь наш счастливый час:
не боящиеся человека
оленята
глядят на нас.

***

Сад и снегопад
в медленном слиянье –
это снегосад…
Шорох и сиянье.

Можно ожидать
здесь любого чуда…
Эту благодать
я не позабуду.

Тихий снегопад –
хлопьями, неспешно…
В этот снегосад
я вернусь, конечно.

Через сколько лет?..
Но – вернусь когда-то
в этот снегосвет,
в шорох снегосада.

***

День осиянно-светел,
весь из порывов он:
кажется, будто ветер –
сразу со всех сторон.

Лиственных крон смятенье…
Мчатся издалека
в яростном обновленье
быстрые облака.

Вне надоевших рамок,
день, будоража кровь,
строит воздушный замок
и разрушает вновь.

Жизни цветной осколок,
весь он – из ярких сцен,
день предвкушенья скорых
радостных перемен.

Вечер

Нет никаких оков,
и всё легко и просто.
Проглядывают звёзды
в просветах облаков.

О, эти облака –
клубятся в них фигуры…
Текучие скульптуры
плывут издалека.

По завершеньи дня
подарено так много…
Последняя тревога
покинула меня

под колыханье веток,
мерцанье огонька…

О, эти облака
и звёзды в их просветах!..

Без сна

Cтруился лунный свет в окно…
Я слушал тишину.
Мне было как-то все равно,
усну иль не усну.

О том, назавтра день какой,
какие ждут дела,не думал я.
Душа покой
расслабленно пила.

Все муки были далеки,
стремления и пыл…
Как по течению реки
неторопливой
плыл –

и ощущал, как дом наш спит,
заполнен тишиной,
пока я так счастливо слит
с бессонницей ночной.

* * *

Из светящихся нитей
нечто
с древа предчувствий и снов.
Это – отблеск наитий?
Дуновенье, чуть слышимый зов…

Нечто брезжит, тревожит,
возникает опять тут и там,
обещает, быть может,
мне разгадку мучительных тайн.

Невещественный шорох,
непроявленной мысли зерно…
Или попросту – морок?
Мне покуда понять не дано.

Из светящихся нитей…
Может, просто видение?
Нет!
Предсказанье событий,
что ещё не явились на свет,

то, чего я взыскую…
Только вот за какую же нить

мне, страшась и ликуя,
поманившую суть ухватить?..